авторефераты диссертаций www.z-pdf.ru
БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА
 

На правах рукописи

Рабаданова Альбина Умалатовна

НАРОДЫ СЕВЕРО-ВОСТОЧНОГО КАВКАЗА

В СЕРЕДИНЕ XVIII – НАЧАЛЕ ХIХ вв.

(проблемы социально-экономического развития

и государственно-политического устройства)

Специальность 07.00.02 – отечественная история

Автореферат

диссертации на соискание ученой степени

кандидата исторических наук

Астрахань 2015

2

Работа выполнена на кафедре

истории России ФГБОУ ВПО

«Дагестанский государственный педагогический университет»

Научный руководитель: Заслуженный деятель науки РД и КЧР

доктор исторических наук, профессор

Кидирниязов Даниял Сайдахмедович

Официальные оппоненты: доктор исторических наук, профессор,

профессор кафедры истории древнего мира и средних веков

ФГБОУ ВО «Чеченский государственный университет»

Ахмадов Шарпудин Бачуевич

доктор исторических наук, профессор, профессор кафедры

отечественной

истории

ФГБОУ

ВПО

«Дагестанский

государственный университет»

Курбанов Ахмед Джабраилович

Ведущая

организация:

ГБУ

«Адыгейский

республиканский

институт гуманитарных исследований им. Т.М. Керашева»

Защита состоится «____» ______ 2016 г. в ______ часов на заседании

диссертационного совета по защите докторских и кандидатских диссертаций

ДМ

212.009.08

при

ФГБОУ

ВО

«Астраханский

государственный

университет» по адресу: 414056, г. Астрахань, ул. Татищева, д. 20 а, ауд.

_____

С диссертацией можно ознакомиться в научной библиотеке ФГБОУ ВО

«Астраханский государственный университет» по адресу: 414056, г.

Астрахань, ул. Татищева, 20а.

Автореферат и диссертация размещены на официальном сайте ФГБОУ

ВО «Астраханский государственный университет»: http://asu.edu.ru

Автореферат разослан __________201__ г.

Ученый секретарь

диссертационного совета,

доктор исторических наук

Е.В. Савельева

3

ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА РАБОТЫ

Актуальность темы исследования. Сбалансированный научный

подход к историческому прошлому народов многонациональной России в

современных условиях, сопровождающихся демократизацией общества,

приобретают особую значимость. История народов Северо-Восточного

Кавказа, в частности сопредельных Дагестана и Чечни, объединенных

общностью исторических судеб, хозяйственных и культурных традиций,

религией, экономической и политической взаимозависимостью, а также

своим важным геополитическим положением, вызывала и вызывает

несомненный интерес ученых-кавказоведов. В истории Северокавказского

региона, несмотря на большой интерес, который она вызывает у

исследователей, есть еще много неизученных вопросов, например, роль

национально-государственных

традиций

в

общественно-историческом

процессе.

Актуальность изучения данной проблемы определяется еще и

необходимостью опровержения все еще имеющихся в исторической

литературе представлений, архаизирующих общественный строй горцев

Дагестана и Чечни. Предпринятое исследование несет в себе и особую

политическую значимость в свете современных реалий, складывающихся на

Кавказе в целом: его материалы могут способствовать корректировке

национальной политики России в столь этнически мозаичном крае.

Только объективно изучив процесс формирования политической

структуры в ходе истории у каждого народа в отдельности можно раскрыть

как общее, так и уникальное

в их развитии, что даст исследователям

возможность как можно полнее и глубже воссоздать историческую панораму

Дагестана и Чечни.

Феодальные владения и союзы сельских общин в Дагестане и Чечне

имели общие черты в социально-экономическом и политическом развитии.

Тем не менее, каждое из них имело свою особенность, которая проявлялась

либо в формах ведения хозяйства, либо в отношении земельного вопроса,

либо в структуре социума, либо в политическом устройстве. Выявление

общего и определение специфического среди феодальных владений и союзов

сельских общин в этой связи видится очень важным для изучения

исторического процесса в этих владениях и общинах.

Этим и вызван выбор для исследования феодальных образований и

союзов сельских обществ Северо-Восточного Кавказа (на примере Дагестана

и Чечни), на примере которых можно выявить общее, а именно

типологическую форму, и определить особенное – локальное своеобразие,

характерное только тому или иному владению или обществу.

При всей обширности исторической литературы по поднимаемой

проблеме, очевидно, что она нуждается в критическом осмыслении и

1

1

См.: Блиев М.М. Россия и горцы Большого Кавказа на пути к цивилизации. М., 2004.

4

обобщении,

отсутствие

монографических

исследований, посвященных

комплексному

исследованию

узловых

вопросов

общественно-

экономического развития и структуры административного управления

феодальными владениями и союзами сельских обществ в Дагестане и Чечне

определяет актуальность изучения рассматриваемой проблемы.

Следует

отметить,

что

рассмотрение

сложной

истории

Кавказа

исследуемого времени еще остается не завершенным. В научный оборот

постоянно вводятся все новые источники по периоду. Кроме того, здесь

необходимо учесть и различия исследовательских критериев и подходов, по-

иному позволяющих трактовать даже известные уже источники. Новизна такого

подхода обнаружилась в последнее время, когда всякие внешние барьеры,

тормозящие исследовательскую работу, были сняты,

и открылись широкие

возможности новой интерпретации уже известных исторических событий.

Дагестан и Чечня были и продолжают оставаться влиятельными

географическими зонами на территории Северного Кавказа, народы их

населяющие имеют как самобытную историю, но в то же самое время

вплетены в общую историческую канву региона.

Этносы сопредельных Дагестана и Чечни издревле находились в

многогранных связях между собой. Они имели общий путь общественно-

экономического и культурного развития. Этот факт, а также аналогичные

природно-климатические условия, содействовали формированию у них

общих черт в хозяйственной жизни и в быту, в духовной и материальной

культуре, в обычаях и нравах, что послужило причиной бытования здесь

уникальных этнических, хозяйственных, политических и культурных форм

развития.

Но, несмотря на значительную общность, народы Дагестана и Чечни

обладали и характерными специфическими различиями, даже без учета

кавказского языкового разнообразия, в уровне общественного развития, в

отдельных чертах духовной и материальной культуры.

Потому

беспристрастное

исследование

проблемы

социально-

экономического и политического развития народов Северо-Восточного

Кавказа, их взаимоотношений между собой в контексте длительного,

предельно сложного процесса их вовлечения в сферу влияния, а затем и

власти Российской империи имеет огромное теоретическое и практическое

значение.

Степень разработанности проблемы. Вопросы, освещаемые в

исследовании, ранее затрагивались в работах отечественных авторов. Этой

теме посвящены как исторические труды, которые условно можно разделить

на три периода: 1– издания дореволюционного, 2 – советского, 3 – новейшего

времени,

так

и

диссертационные

исследования.

Исследователи,

занимавшиеся изучением истории и этнографии Северного Кавказа,

затрагивали отдельные стороны истории края: социально-экономические

отношения, политика, этнокультурные взаимоотношения.

Не умаляя

важность проведенных исследований и сведений, сообщаемых в них,

5

хотелось бы указать на то, что на сегодняшний день имеются новые

архивные материалы, пока не введенные в научный оборот. Их осмысление и

интерпретация дадут возможность по-новому рассмотреть исследуемую

проблему.

Кавказоведческие исследовательские изыскания определялась в ХIХ в.

историческими условиями и запросами времени. Представители дворянской

историографии,

являлись

апологетами

существующей

системы,

появлявшиеся буржуазные слои защищали интересы нового класса.

Потребность в управлении регионом дало толчок изучению представителями

колониальных властей адатов кавказских народов. Обстановка подготовки

отмены крепостного права у народов Северного Кавказа способствовала

появлению трудов о правовом статусе крестьян, формах ренты и т.д.

Одним из первых историков-профессионалов, к чьим трудам был

большой интерес исследователей истории Кавказа, был П.Г. Бутков. Ему

принадлежит заслуга в детальном изучении политических институтов у

местных

народов.

Недостатком

работ

П.Г.

Буткова

является

их

несистематизированность, зачастую материалы подаются без определенной

заданной структуры изложения. Также известно, что П.Г. Бутков часто

заимствовал сведения «из вторых рук».

Можно выделить много исследований авторов ХIХ в., где в той или

иной степени затрагивается изучаемая нами проблема, освещается структура

социума у разных народов Северо-Восточного Кавказа. К таким работам

можно отнести работы А.И. Ахвердова, где автор, описывая Дагестан

перечисляет феодальные образования и некоторые союзы сельских обществ,

дает сведения о владетелях начала ХIХ в. Автор приводит интересные

сведения об особенностях ведения хозяйства, торговли, принципах военной

организации, численности населения в тех или иных владениях. В работе

А.И. Ахвердова важен тот факт, что он первым написал в своих работах о

республиканских принципах правления в Анди.Другой автор – С.М.

Броневский – приводит подробное описание сословий в дагестанских и

чеченский владениях. Из его работ мы черпали сведения о различиях между

дворянами, владетелями, им описано духовенство, крестьянское население, и

категория, относившаяся к рабам. Например, уцмия Кайтагского и шамхала

Тарковского

С.М.

Броневский

называет

«владетельными

особами»,

аксаевских правителей – «князьями».

2

3

4

5

2

Бутков П.Г. Материалы для новой истории Кавказа с 1722 по 1803 год. В 3-х ч. СПб.,

1869.

3

4

Ахвердов А.И. Описание Дагестана. 1804 г. // ИГЭД. С. 213–229.

Там же. С. 226.

5

Броневский С. Новейшие географические и исторические известия о Кавказе. М., 1823.

Ч. 2. С. 179, 181, 183.

сословиях, дает им характеристику.

В том же 1835 г. был издан

труд О. Евецкого «Статистическое

6

Следующим трудом, безусловно, важным при освещении истории

Северо-Восточного Кавказа в XIXв., является работа П. Зубова, вышедшая в

1835 г. в третьей части этой работы автор приводит сведения о феодальных

образованиях исследуемого региона. В них также обращается к вопросам

общественно-экономического развития, и пишет о владетелях, о правящих

6

7

описание Закавказского края», а через год было опубликовано «Обозрение

Российских владений за Кавказом». В этих работах автор дает описание

владений региона, рассматривает их хозяйственное развитие, управление и

т.д.

О союзах сельских общин и феодальных владениях приводятся данные

в некоторых работах, изданных в 40–50-е гг. ХIХ в. В эти годы были изданы

работы Н. Данилевского, М.Б. Лобанова-Ростовского, И.Н. Березина, А.А.

Неверовского, А. Берже. Работы этих авторов содержат важные сведения о

социальной структуре владений и союзов сельских обществ тех лет, об их

уровне социально-экономического и общественного развития.

Можно выделить группу исследователей, писавших во второй

половине XIX в. – А.В. Комаров, Н.Ф. Дубровин, Ф.И. Леонтович, Н.Н.

Муравьев-Карский, Е.Г. Вайденбаум, Г.Н. Казбек, М.М. Ковалевский, Н.С.

Семенов, чьи работы существенно помогли в решении проблемы,

поставленной в диссертационном исследовании.

8

9

10

6

Зубов П. Картина Кавказского края, принадлежащего России, и сопредельных оному

земель: в историческом, статистическом, этнографическом, финансовом и торговом

отношениях. СПб., 1835. Ч. 3.

7

Евецкий О. Статистическое описание Закавказского края с приложением статьи:

Политическое состояние Закавказского края на исходе XVIII в. и сравнение оного с

нынешним. СПб., 1835.

8

Обозрение Российских владений за Кавказом в статистическом, этнографическом,

топографическом и финансовом отношениях. СПб., 1836. Ч. 4.

9

Лобанов-Ростовский М.Б. Кумыки, их нравы и обычаи // Кавказ, 1840. № 37–38;

Данилевский Н. Кавказ и его горские жители. М., 1846; Неверовский А. Краткий взгляд на

Северный и Средний Дагестан в топографическом и статистическом отношении. СПб.,

1847; Березин И. Путешествие по Дагестану и Закавказью. Казань, 1850; Берже А.

Краткий обзор горских племен на Кавказе // КК на 1858 г. Тифлис, 1857.

10

Комаров А.В. Адаты и судопроизводство по ним // ССКГ. Тифлис, 1868. Вып. 1.;

Дубровин Н.Ф. История войны и владычества русских на Кавказе. СПб., 1871. Т. 1–6;

Леонтович Ф.И. Адаты кавказских горцев. Материалы по обычному праву Северного и

Восточного Кавказа. Одесса, 1882–1883. Ч. 2; Муравьев-Карский Н.Н. Записки 1822 и 1823

гг. // Русский архив. М., 1888. № 7. С. 334–335; Вейденбаум Е. Путешествие по Кавказу.

Тифлис, 1888; Казбек Г.И. Военно-статистическое описание Терской области. Тифлис,

1888; Ковалевский М.М. Закон и обычай на Кавказе. М., 1890. Т. 1-2; Семенов Н.С.

Туземцы Северо-Восточного Кавказа. СПб., 1895.

7

Для изучения развития феодальных отношений и усложнения

социальной структуры общества у чеченцев представляют большой интерес

этнографические наблюдения А.И. Ипполитова.

Особняком стоят работы по истории горского общества, написанные

офицерами и чиновниками, служившими на Кавказе в XIXв.: И. Попко, Ф.

Щербина, П.П. Короленко, В. Толстов и др. Их работы носят любительский

характер, так как авторы не имели соответствующей подготовки. Несмотря

на яркую картину, представляемую в этих работах, необходимо отметить, что

авторы, дилетанты в научном описании по своей сути, представили Кавказ в

искаженном виде. Случайный подбор фактов, поспешность выводов привели

к тому, что работы грешат излишней архаизацией горского общества,

отрицанием наличия у горцев частной собственности (Ф. Щербина),

примитивизацией

быта

местных

народов,

с

целью

подчеркнуть

цивилизаторскую миссию русского владычества, все это в целом умаляет

заслуги неравнодушных свидетелей и информаторов изучаемого периода.

В работах Н.П. Тульчинского, П.В. Гидулянова, Е.И. Козубского, В.

Линдена, вышедших в свет в началеXX в. рассматриваются вопросы

пользования землей – как приобреталось право на землю, как это

оформлялось в правовом отношении, как выкристаллизовывались из

земельного вопроса различия между сословиями. Необходимо указать на

общую тенденциозность работ вышеупомянутых авторов – они также

излишне архаизировали горское общество, что вело к выводам об общей

отсталости кавказских обществ.

В этом отношении интересны работы местных авторов – Д.-М.

Шихалиева, А.-К.А. Бакиханова, Г.-Э. Алкадари, У. Лаудаева, М.А.

Мамакаева, Г.-М. Амирова, изданные в дореволюционный период. Они

довольно

подробно

описывают,

как

осуществлялось

управление

в

11

12

13

14

15

16

17

11

Ипполитов А.И. Этнографические очерки Аргунского округа // ССКГ. Тифлис, 1878.

Вып. 1.

12

Попко И.Д. Черноморские казаки в их гражданском и военном быту. СПб, 1858;

Щербина Ф. Общинный быт и землевладение у кавказских горцев // Северный архив.

СПб., 1886. Кн. 1; Короленко П.П. Черноморцы. СПб., 1874; Толстов В. История

Хоперского полка Кубанского казачьего войска. Тифлис, 1900. Т. 1–2.

13

14

15

Щербина Ф. Указ соч. С. 133.

Там же. С. 158.

Гидулянов П.В. Сословно-поземельный вопрос и раятская зависимость в Дагестане //

Этнографическое обозрение. М., 1901. № 1; Тульчинский Н.П. Поземельная собственность и

общественное землепользование на Кумыкской плоскости. Владикавказ, 1903; Козубский Е.И.

История города Дербента. Темир-Хан-Шура, 1906; Линден В. Краткий исторический очерк

былого общественно-политического и поземельного строя народностей, населяющих

мусульманские районы Кавказского края // КК на 1917 г. Тифлис, 1916.

Гаджиев В.Г. Сочинение И. Гербера «Описание стран и народов между Астраханью и рекой

Курой находящихся». М., 1979. С. 60.

Шихалиев Д.-М. Рассказ кумыка о кумыках // Кавказ. Тифлис, 1848. № 40–43; Бакиханов

А.К.Гюлистан-и Ирам. Баку, 1991; Алкадари Г.-Э.Асари-Дагестан. Махачкала, 1994; Лаудаев

У. Чеченское племя. Тифлис, 1872; Мамакаев М.А. Чеченский тайп (род) в период его

разложения. Грозный, 1973; Амиров Г.-М. Среди горцев Северного Дагестана (из дневника

гимназиста // ССКГ. Тифлис, 1873. Вып. VII.

16

17

8

феодальных владениях, о политическом положении в Чечне и Дагестане, о

том, как были организованы внутренне союзы сельских обществ.

В 20-30–е гг. ХХ в. вышли в свет работы, где исследовались социально-

экономические особенности развития Дагестана и Чечни, развитие в них

политических

институтов,

изменение

форм

собственности

и

землепользования, феодализм и его региональные особенности. Их авторы:

М.Л. Тусиков, Б. Далгат, М.Н. Покровский, А.С. Вартапетов, С.В. Юшков,

И.П. Петрушевский.

Значительные

труды

по

общественно-экономической

истории,

освещающие важные аспекты изучаемой нами проблемы, появились гораздо

позже – когда весь материал по истории Северо-Восточного Кавказа был

осмыслен

и

интерпретирован

профессиональными

отечественными

историками. Такие авторы как Р.М. Магомедов, Х.-М.О. Хашаев, Г.Г.

Османов, Б.В. Скитский, А.В. Фадеев, С.Ш. Гаджиева, И.М. Саидов, Н.П.

Гриценко на основе методологии исторического исследования дали

характеристику

социально-экономического

развития,

политических

и

правовых институтов у народов Северного Кавказа в ХVIII–ХIХ вв.

В ХХI в. некоторые аспекты хозяйственной и общественной жизни

горцев были затронуты в работах дагестанских, чеченских и астраханских

историков Б.Г. Алиева, Ш.М. Ахмедова, Н.Г. Волковой, М.А. Агларова, Ш.Б.

Ахмадова, А.С. Акбиева, Я.З. Ахмадова, Э.А. Борчашвили, Н.П. Гриценко,

В.Г. Гаджиева, М.Р. Гасанова, Д.С. Кидирниязова, М.-С.К. Умаханова, Г.М.-

Р. Оразаева, Ю.Ю. Карпова, Н.Д. Чекулаева, К.З. Махмудовой, М.С.

Арсанукаевой, Э.Ш.Идрисова, Н.М.Ушакова и др., а также в некоторых

квалификационных трудах последнего десятилетия З.А. Гелаевой, Р.М.

Магомедовой, Э.У. Улчибекова.

18

19

20

18

Тусиков М.Л. Ингушетия. Владикавказ, 1926; Далгат Б. Родовой быт чеченцев и ингушей в

прошлом // Известия Ингушского НИИ. Орджоникидзе, 1934. Т. 4. Вып. 2; Покровский М.Н.

Дипломатия и войны царской России в ХIХ в. М., 1923; Вартапетов А.С. Проблемы родового

строя ингушей и чеченцев // СЭ. М., 1932. Т. 4. Вып. 2. С. 63–89; Юшков С.В. К вопросу об

особенностях феодализма в Дагестане (до русского завоевания) // Уч. зап. Свердловского

госпединститута (Исторический). Свердловск, 1938. Вып. 1; Петрушевский И.П.Джаро-Бело-

канские вольные общества в первой трети ХIХ столетия. Внутренний строй и борьба с

российским колониальным наступлением. Тбилиси, 1934.

19

Магомедов Р.М. Общественно-экономический и политический строй Дагестана в ХVIII –

начале ХIХ веков. Махачкала, 1957; Скитский Б.В. К вопросу о феодальных отношениях в

истории ингушского народа // Известия ЧИНИИИЯЛ. История. Грозный, 1959. Т. 1. Вып. 1;

Фадеев А.В. О некоторых социально-экономических последствиях присоединения Чечено-

Ингушетии к России // Известия ЧИНИИИЯЛ. Грозный, 1960. Т. 2. Вып. 1; Хашаев Х.-М.

Общественный строй Дагестана в ХIХ веке. М., 1961; Османов Г.Г. О социальном строе

Дагестана в конце ХVIII – нач. ХIХ в. // УЗ ИИЯЛ ДФ АН СССР. Махачкала, 1959. Т. 7;

Гриценко Н.П. Социально-экономическое развитие Притеречных районов в ХVIII – первой пол.

ХIХ в. // Труды ЧИНИИИЯЛ. Грозный, 1960. Т. 2. Вып. 1; Гаджиева С.Ш. Кумыки. Историко-

этнографическое исследование. М., 1961; Саидов И.М. Этнографический и фольклорный

материал о классовых отношениях у чеченцев и ингушей // Археолого-этнографический

сборник. Грозный, 1968. Т. 2.

20

Гаджиев В.Г. Роль России в истории Дагестана. М., 1965; Гриценко Н.П. Социально-

экономическое развитие Притеречных районов в ХVIII – первой пол. ХIХ в. // Труды

ЧИНИИИЯЛ. Грозный, 1961. Вып. 4; Алиев Б., Ахмедов Ш., Умаханов М.-С.К. Из истории

средневекового Дагестана. Махачкала, 1970; Волкова Н.Г. Этнический состав населения

9

Большая работа по сбору, анализу и интерпретации этнографического

материала была проделана С.С. Агашириновой, М.З.-О. Османовым, Б.М.

Северного Кавказа в ХVIII – начале ХХ века. М., 1974; Гасанов М.Р. Табасаран в ХVIII –

начале ХIХ вв. Махачкала, 1978; Агларов М.А. Сельская община в Нагорном Дагестане в

ХVII – нач. ХIХ в. М., 1988; Борчашвили Э.А. Социально-экономические отношения в

Чечено-Ингушетии в ХVII–ХIХ вв. Тбилиси, 1988; Гасанов М.Р. Очерки истории

Табасарана. Махачкала, 1994; Алиев Б.Г. Союзы сельских общин Дагестана в ХVIII –

первой половине ХIХ в. Махачкала, 1999; Акбиев А.С. Общественный строй кумыков в

ХVII-ХVIII вв. Махачкала, 2000; Ахмадов Я.З. История Чечни с древнейших времен до

конца ХVIII века. М., 2001; Агларов М.А. Андийцы. Историко-этнографическое

исследование. Махачкала, 2002; Ахмадов Ш.Б. Чечня и Ингушетия в ХVIII – нач. ХIХ в.

Грозный, 2002; Он же. Общественно-экономический строй чеченцев в ХVIII веке.

Грозный, 2012; Алиев Б.Г. Традиционные институты управления и власти Дагестана ХVIII

– первая половина ХIХ в. Махачкала, 2006; Ахмадов Я.З. Очерк исторической географии и

этнополитического развития Чечни в ХVI–ХVIII веках. М., 2009; Кидирниязов Д.С.

Ногайцы в ХV–ХVIII вв. Махачкала, 2000; Он же. Дагестан и Северный Кавказ в политике

России в ХVIII – 20е гг. ХIХ в. Махачкала, 2013; Карпов Ю.Ю. Джигит и волк. Мужские

союзы в социокультурной традиции горцев Кавказа: СПб.: РАН, 1996; Оразаев Г.М.-Р.

Памятники тюркоязычной деловой переписки в Дагестане ХVIII в. Махачкала, 2002;

Чекулаев Н.Д. Российские войска в Дагестане в контексте кавказской политики России

(1722–1735 гг.). Махачкала, 2008; Махмудова К.З. Северо-Восточный Кавказ в политике

России, Ирана и Турции в ХVIII – 20е годы ХIХ в. Грозный, 2012; Она же. Историческое и

этнокультурное развитие чеченцев и ингушей в ХVIII – первой половине ХIХ в. М.:

Парнас, 2012; Арсанукаева М.С. Государственно-правовая политика Российской империи

в Чечне и Ингушетии (ХIХ – начало ХХ вв.): основные

направления, методы и

последствия. М., 2012; Ушаков Н.М. История Астраханского края. Астрахань, 2000;

Викторин В.М. Этнолингвистический татский

массив: три религии

монотеизма в

селениях вокруг

Дербента (XVII – XIX вв.): исходная общность и новые встречи//

Дербент – город трех религий. Материалы Международной

научно-практической

конференции. (Дербент, 25 марта 2015 г.) /отв.ред. Сеидова Г.Н. Махачкала, 2015. С.189-

198; Идрисов Э.Ш. К вопросу об управлении полукочевыми ногайцами – карагашами в

составе Астраханской губернии (конец ХVIII – 1я пол. ХIХ в.) // Каспийский регион:

политика, экономика, культура. № 2. Астрахань, 2011. С. 19-26; Историко - культурное и

межэтническое единство Юга России. Материалы Всероссийской научно – практич.

конференции. (г. Астрахань, 8 октября 2011 г.). В рамках XIV - го Межрегион. фестиваля

мастеров искусств ЮФО и СКФО «Мир Кавказа» / Правительство Астраханской обл.,

Астрахан. обл. метод. центр народной культуры и Астрахан. гос. филармония. Пред.

редколл. С.И. Кулибаба. Сост - ль А.В. Сызранов. Астрахань : Изд. Ром. Вас. Сорокин.

2011; Специфика ментального самосознания и поведения молодёжи Северного Кавказа

(проблемы развития и воспитания). Мат. Междунар. науч. семинара (24 - 26 июня 2004 г.)

/ Росс. гум. науч. фонд, Адм. Астрахан. обл. и Астрахан. гос. тех. ун - т. Под ред. Л.Л.

Бочкарёва. Астрахань: Изд - во Астр. гос. техн. ун - та. 2004; Гелаева З.А. Социально-

экономическое и политическое развитие Надтеречной Чечни в XVIII–XIX вв.: Дисс. …

канд. ист. наук. Махачкала, 2004; Магомедова Р.М. Административно-политическое

устройство и социально-экономическое развитие народов Западного Дагестана в ХVIII –

начале ХIХ в.: Дисс.... докт. ист. наук. Владикавказ, 2014; Улчибеков Э.У. Социально-

экономическое и политическое развитие Табасарана в ХVIII – первой половине ХIХ в. (на

примере сельских общин Дирча): Дис.... канд. ист. наук. Владикавказ, 2015 и др.

10

Алимовой, А.Г Булатовой, А.И. Исламмагомедовым, С.А. Лугуевым, М.К.

Мусаевой.

Обобщающие труды по истории народов Северного Кавказа вобрали в

себя

все

достижения

исторической

науки

XX

в.

При

написании

диссертационного исследования нами активно привлекались материалы,

собранные «Очерках истории Дагестана», «Истории Дагестана», сборнике

«Народы

Дагестана»,

«Очерках

истории

Чечено-Ингушской

АССР»,

«Истории Чечни» и «Истории народов Северного Кавказа».

Что касается чеченской исторической науки, то необходимо заметить,

что заметных позитивных успехов она достигла в 70–90-е годы ХХ столетия.

В это время сформировались кадры местных профессиональных ученых-

историков, как названные выше Ш.Б. Ахмадов, Я.З. Ахмадов, а также Ж.Ж.

Гакаев, М.Х. Багаев, Т.А. Исаева, Х.А. Акиев, З.И. Хасбулатова и др.,

которые занимались исследованием проблем социально-экономической

истории чеченцев в дореволюционном прошлом.

События же двух последних десятилетий нанесли большой ущерб

развитию науки в Чеченской Республике и в области гуманитарных знаний,

прежде всего в области исторических исследований, что было вызвано как

разрушением центров научно-исследовательской деятельности, гибелью

библиотек

и

архивов,

так

и

оттоком

большого

числа

высококвалифицированных специалистов в таких отраслях исторических

наук, как археология, всеобщая история и др. Тем не менее, за последние

несколько лет ученые Чеченской Республики добились определенных

успехов, защищаются диссертации, издаются монографии, проводятся

научные конференции, ученые ЧР принимают активное участие в научных

форумах России, сопредельных республиках Северного Кавказа.

Подытоживая обзор научной литературы, заметим, что, несмотря на

монографические труды по истории этносов Дагестана и Чечни все еще нет

обобщающих работ по исследуемой нами проблеме.

21

22

23

21

Агаширинова С.С. Материальная культура лезгин. ХIХ – начало ХХ в. М., 1978; Османов

М.-З.О. Формы традиционного скотоводства народов Дагестана в ХIХ – нач. ХХ в. М., 1990;

Исламмагомедов А.И. Аварцы. Историко-этнографическое исследование ХVIII – нач. ХХ в.

Махачкала, 2002; Алимова Б.М. Табасаранцы. ХIХ – начало ХХ в.: Историко-этнографическое

исследование. Махачкала, 1992; Она же. Кайтаг ХIХ – начало ХХ в. Историко-

этнографическое исследование. Махачкала, 1998; Мусаева М.К. Хваршины. ХIХ – начало ХХ

в. Историко-этнографическое исследование. Махачкала, 1995; Алимова Б.М., Лугуев С.А.

Годоберинцы. Историко-этнографическое исследование ХIХ – нач. ХХ в. Махачкала, 1997;

Булатова А.Г. Лакцы. Историко-этнографическое исследование (ХIХ – начало ХХ в.).

Махачкала, 2000.

22

Очерки истории Дагестана. Махачкала, 1957. Т.1; История Дагестана. М., 1967. Т. 1; 1968. Т.

2; История народов Северного Кавказа. В 2-х т. М.: Наука, 1988; Народы Дагестана. М., 2002;

История Дагестана. М., 2004. Т. 1; Очерки истории Чечено-Ингушской АССР. Грозный, 1967.

Т. 1; История Чечни с древнейших времен до наших дней. В 4-х т. Грозный, 2006–2013.

23

См.: Гапуров Ш.А. Академия наук Чеченской Республики: этапы становления и развития

// Наука и образование в Чеченской Республике: состояние и перспективы развития: Мат-

лы Всероссийской науч.-практич. конф., посвященной 10-летию со дня основания КНЧИ

РАН. Грозный, 2011. С. 24–26.

11

При написании диссертационного исследования мы попытались

реконструировать весь процесс социально-экономических преобразований и

государственно-политического строительства в Дагестане и Чечне в конце

XVIII в. При этом нами был применен комплексный подход в использовании

всех

доступных

источников

и

литературы

по

отечественному

кавказоведению.

Цель и задачи исследования. Целью диссертационного исследования

является изучение социально-экономического и политического развития

народов Северо-Восточного Кавказа в середине XVIII - начале XIX вв.

В рамках этой цели определены следующие задачи:

воссоздать ретроспективу политической жизни народов Северо-

Восточного Кавказа, в частности Дагестана и Чечни,

дать характеристику существующим в изучаемый период в регионе

политическим структурам;

определить главные хозяйственные занятия народов региона, выявив в

каждом отдельном случае удельный вес земледелия, различных видов

скотоводства в хозяйстве;

определить уровень развития и значение в экономике отдельных

народов домашних промыслов и ремесленного производства, выявить какие

именно промыслы превалировали у различных народов региона;

выявить особенности оформления земельно-правовых отношений,

рассмотреть

бытовавшие

формы

земельной

собственности

и

землепользования;

рассмотреть социальную стратификацию общества, охарактеризовав

имевшиеся

социальные

группы,

их

различия

по

происхождению,

экономическому и социально-правовому положению;

показать структуру административно-политического управления с

указанием каждого сегмента в феодальных владениях и союзах сельских

общин;

показать процесс смены ориентации

на Российскую империю

отдельных крупных сел плоскостной Чечни в контексте их подчиненности

власти дагестанских и кабардинских феодалов;

рассмотреть процесс формирования воинских

военного дела.

сил и организации

Хронологические рамки диссертации.

Выбор для исследования цельного исторического периода с середины

XVIII – начало XIX в. обусловлен возможностью сформулировать

определенные выводы, общие для всех феодальных владений и союзов

сельских обществ изучаемого региона.

Отправная точка предпринятого

исследования определяется тем обстоятельством, что в 1747 г. со смертью

Надир-шаха Афшара произошел перелом в освободительной борьбе

подвластных Ирану народов. Добившись освобождения от зависимости, тем

не менее, народы Северо-восточного Кавказа не смогли объединиться в

крупное политическое государство. Сработала против полиэтничность

12

региона и слабые экономические связи между его отдельными частями.

Также свою лепту в разобщенность народов внесли стремления местных

правителей сохранить свою пусть небольшую, но власть. Верхняя

хронологическая грань исследования определяется Гюлистанским мирным

договором 1813 г., оформившим вхождение Дагестана и других частей

Северо-Восточного Кавказа в

Российскую империю. С этого момента

начинается период вовлечения обширного и разнообразного региона в

орбиту хозяйственной, политической и культурной жизни России.

В территориальные рамки исследования входят бассейн реки Терек,

междуречье Сунжи и Терека, междуречье Гумса (Гудермеса) и Фортанги,

верховья рек Гехи, Мартана, Аргуна, Хуолулау, Аксая, Ямансу, далее –

западные возвышенности Андийского хребта (Ункратль, Чамалал, Дидо),

долина реки Мазымчай. Это статичные границы. В подвижные границы

исследования мы включили территории между реками Мазымчай и Алазань,

далее Агричай (Джаро-Белоканы, Ках, Елису, Шеки), далее следует села из

«шахдагской группы» в верховьях реки Кудиялчай: Будух, Хиналуг, Джек,

Крыз, Алык, Ханытлу. Далее граница исследуемых территорий простирается

от Таирджала до р. Самур (русло протока Яламы).

Методологическую и теоретическую базу диссертации составили

принципы историзма, научности и объективности.

Работа

была

написана

с

использованием

научных

методов

исследования,

а

именно:

метода

конкретного

анализа,

историко-

сравнительного, историко-типологического, проблемно-хронологического,

ретроспективного, комплексное изучение которых позволило углубленно

рассмотреть и разрешить поставленные исследовательские задачи.

Применение вышеназванных методов и методологических принципов

способствовало решению поставленных в исследовании цели и задач.

Научная новизна диссертационного исследования заключается в

том, что впервые в отечественной историографии проблемы социально-

экономического развития и государственно-политического устройства на

Северо-Восточном

Кавказе

в

середине

ХVIII

начале

ХIХ

в.

рассматриваются на примере феодальных владений и союзов сельских общин

в Дагестане и Чечне. Новизну исследованию придает постановка и решение

таких важных вопросов в изучении социально-экономической истории

региона как развитие экономики региона, земельно-правовые отношения,

социальная структура внутри феодальных владений и союзов сельских

общин, административное и политическое устройство, военная организация.

В диссертации на основе обширного фактического материала

тщательно исследуется практика приглашения дагестанских (аварских,

кумыкских) и кабардинских владетелей в отдельные крупные общества

плоскостной Чечни. Оценивается роль этих фактов в постепенном

закреплении пророссийской ориентации в этих владениях. Также новизну

придают как новые, вводимые в научный оборот впервые, архивные

13

материалы, так и ранее известные, но в данном исследовании получившие

новую трактовку, источники и литература.

Теоретическая и практическая значимость диссертационного

исследования выражена сделанными в его ходе выводами и обобщениями.

Результаты исследования дополняют историографию проблемы, отчасти

способствуя формированию условий для нового теоретического осмысления

истории народов северо-восточного Кавказа в середине XVIII – начале ХIХ в.

Ряд положений диссертации, результаты и заключения могут быть

использованы в работе над новыми обобщающими трудами по истории

северокавказских народов, а также в качестве дополнительного материала в

образовательном процессе в школах и вузах, как для преподавателей, так и

для студентов. Результаты исследования могут быть востребованы

в

практической деятельности руководящих органов при составлении проекта

национальной политики в регионе. Материалы диссертации также могут

быть использованы при составлении научных концепций республиканских

музеев и в прочей музейной работе.

Источниковую

базу

диссертационной

работы

составили

как

опубликованные, так и неопубликованные архивные материалы.

При освещении основных вопросов исследования приоритетными были

следующие источники: архивные документы, хроники, опубликованные

сборники документов, путевые заметки, мемуары, законодательные акты.

Источники были различными по содержанию, многоплановыми по

методике интерпретации исторических фактов и явлений.

Необходимо отметить, что в диссертации полно были использованы

опубликованные документальные материалы, так и вводимые впервые в

научный оборот архивные документы центральных и северокавказских

архивов. Из неопубликованных документальных материалов в исследовании

использовались архивные источники из фондов Архива внешней политики

России (АВПРИ – г. Москва), Российского государственного военно-

исторического архива (РГВИА – г. Москва), а также Государственного

архива Ставропольского края

(ГАСК), Центрального государственного

архива Республики Дагестан (ЦГА РД), Рукописного фонда Института

истории, археологии и этнографии Дагестанского научного центра РАН

(Рукописный фонд ИИАЭ ДНЦ РАН).

Из материалов АВПРИ в исследовании использовались фонды:

«Кабардинские дела», «Кизлярские и Моздокские дела», «Кумыцкие дела». В

отмеченных фондах содержится богатейший архивный материал о политике

России в регионе, торгово-экономических и культурных связях местных

народов с русскими и терско-гребенским казачеством.

По рассматриваемой в исследовании проблеме нами был выявлен и

использован обширный материал в РГВИА. Особенно интересны документы,

хранящиеся в фонде № 52, среди которых нами были выявлена военная

делопроизводственная документация: официальные рапорты, донесения,

письма, ордеры от представителей военного командования на кавказской

14

оборонительной линии. Также интерес вызвала переписка командования с

местными

владетелями

и

старшинами

сел,

а

также

с

другими

представителями социальных верхов общества.

По теме диссертации значительный материал обнаружен и введен в

научный оборот и из фонда 13454 «Штаб войск Кавказской линии». Здесь

хранятся дела, характеризующие связи горцев с казаками, промыслы и

ремесла местного населения.

Значительный интерес представляют материалы Кол. 414, Фонда

«Военно-ученого архива» (ВУА). В них имеются сведения об экономике

местных народов, о городах Моздок и Кизляр.

Для раскрытия вопроса о хозяйственных занятиях, особенностях

торговли местного населения, случаях тяжб с терскими казаками и

городским населением Моздока и Кизляра сведения были почерпнуты из

документов ГАСК. Они хранятся в фонде «Канцелярии Ставропольского

губернатора» (Ф. 101).

В ЦГА РД, в фонде 18 «Дербентский комендант» и фонде 379

«Кизлярский комендант» нами были извлечены документы, также важные

для раскрытия интересующей темы.

Материалы этих фондов являются

документами официального характера – отчеты, рапорты, отписки, донесения

кавказской администрации правительству, прошения и письма к коменданту

г. Кизляр и пр. Эти документы характеризуют взаимоотношения феодальных

владетелей и представителей союзов сельских общин Дагестана и Чечни, как

между собой, так и с Россией. Также документы сообщают об основных

отраслях хозяйства горцев.

Большой

фактический

материал

по

рассматриваемой

проблеме

содержится и в РФ ИИАЭ ДНЦ РАН. Особое любопытство вызывают

материалы Ф. 1 «Документы по истории Дагестана» и «Документы по

русско-дагестанским отношениям в XVIII в.». Кроме архивных материалов

местного

происхождения

здесь

также

есть

архивные

документы,

обнаруженные дагестанскими учеными в центральных архивах страны.

Использованные материалы существенно обогатили источниковую

базу для изучения истории народов Дагестана и Чечни. Благодаря

подключению этих материалов представители различных социальных групп

дагестанского и вайнахского социума (ханы, князья, майсумы, беки, уздени,

старшины, слуги, рабы и т.д.) могут быть изучены более тщательно.

Диссертантом привлекался также ряд опубликованных материалов,

изданных в начале XXв., в советский период и в новейшее время.

Диссертантом привлекался также ряд опубликованных материалов,

изданных в начале XXв., в советский период и в новейшее время.

Несомненно,

наибольший

интерес

в

историографии

XIXв.

представляют сборники «Акты, собранные Кавказской археографической

комиссией» (Тифлис, 1866–1904. Т. 1–12) и «Кавказский календарь». Они

живописно

представляют

образы

местных

правителей,

их

позицию

15

относительно России, демонстрируют их отношения к различным событиям

тех лет.

Фактические

данные,

представляющие

ценность

для

нашей

диссертационной

работы,

позаимствованы

из

военно-исторических

журналов, сборников и газет. Обозначим некоторые из них: «Кавказский

сборник», «Военный сборник», «Сборник материалов для описания

местностей и племен Кавказа», «Сборник сведений о кавказских горцах»,

«Кавказ» и др. Собственно их необходимо было отнести к историографии

вопроса, но так как они написаны в XIX в., то для нас они являются уже

источниками.

Также в работе были использованы рукописи работ В.Ф. Розена

«Описание экономического положения и политического состояния части

племен Чечни и Дагестана» (1830) и Н.И. Норденстама «Описание Чечни со

сведениями этнографического и экономического характера» (1834). Эти

работы представляют бесспорный научный интерес для исследователей

Северного Кавказа XVIII в. Например, в работе И.И. Норденстама находим

подробную,

разноплановую

информацию

о

социально-экономическом

развитии и политическом устройстве чеченцев в конце ХVIII – нач. ХIХ в.

Из сборников, вышедших в свет в советский период, большое научное

значение имеют «Материалы по истории Дагестана и Чечни (первая

половина XIXв.)» (Махачкала, 1940) и «Движение горцев Северо-Восточного

Кавказа в 20–50 гг. XIXв.» (Махачкала, 1959). В них собрано значительное

количество

архивных

документов,

извлеченных

из

центральных

архивохранилищ страны и, в первую очередь, из РГВИА.

Вышедшая в 1958 г. под редакцией М.О. Косвена и Х.М. Хашаева

«История, география и этнография Дагестана XVIII –XIX вв.» основана на

материалах РГВИА. Сведения этого сборника имеют наибольшую ценность,

так как в них содержатся сведения о феодальных владениях и союзах

сельских обществ, о местных владетелях, ханской власти, административном

управлении. Сведения, собранные в сборнике, важны тем, что представлены

непосредственными

участниками

исторических

событий

военных

экспедиций, как гражданскими, так и военными представителями царской

администрации.

Другой сборник, вышедший в 1988 г., «Русско-дагестанские отношения

в XVIII – начале XIX в.» также содержит важные сведения для проводимого

нами исследования. К ним можно отнести сведения о феодальных

владетелях, о статусе и обязанностях различных должных лиц во владениях и

союзах сельских общин, о принципах управления в них.

Для более полного представления о процессах, проходивших в регионе

в исследуемый период, необходимо было подключить источники не только о

Дагестане и Чечне, но и о процессах, проходящих на соседних, смежных

территориях. Исходя из этого, нами были привлечены сборники «Русско-

кабардинские отношения в XVI–XVIII в.» (М., 1957), «Осетины глазами

24

24

Материалы по истории Дагестана и Чечни. Махачкала, 1940. Т. 3. Ч. I. С. 233, 298–329.

16

русских

и

иностранных

путешественников»,

(Орджоникидзе,

1967),

«Документы по взаимоотношениям Грузии с Северным Кавказом в XVIII

веке» (Тбилиси, 1968), «Дагестан в известиях русских и западноевропейских

авторов XIII–XVIII вв.» (Махачкала, 1992), «Ногайцы в известиях русских,

западноевропейских и восточных авторов XV – XVIII вв». (Сост. Д.С.

Кидирниязов. Махачкала, 1999).

Эти публикации содержат важный материал для освещения вопросов о

занятиях

населения,

особенностях

административного

деления,

политического устройства, этническом составе, социальной дифференциации

внутри различных северокавказских народов, особенностях духовной жизни,

обычаях и нравах в союзах сельских обществ и феодальных владениях.

Основные положения, выносимые на защиту:

1. Этническая карта Северо-Восточного Кавказа в исследуемый период, как

и ранее, стихийно менялась. Следует указать, что в изучаемой время

территориальная карта была стабильной во внутренней зоне региона. Что

касается его северной части, то здесь издавна (начиная с XVI в.)

происходили частые переселения народов, а в XVIII в. уже заметны

предстоящие сдвиги и в южной зоне края.

2. В исследуемый период продолжался, начавшийся еще раньше, процесс

образования в регионе совместных поселений (Чечне – Девлетгиреева

деревня, Новый Юрт, Шали, Брагуны, Кошкельды, Исти-су и др.;

Дагестане – Боташ-юрт, Байрам-аул, Эндирей, Аксай, Ансалта и др.)

3. В разных пропорциях и с разной глубиной развития во всех феодальных

владениях и сельских общинах были развиты одинаковые отрасли

сельского

хозяйства.

Сохранялось

для

всех

мест

преобладание

земледелия на плоскости и в предгорьях, животноводство с большим

уклоном к овцеводству и земледелию – в горной части.

4. В изучаемое время торгово-экономические связи народов Дагестана и

Чечни между собой и другими соседними народами и Россией

способствовали углублению разделения труда. Развитие внутренней

торговли способствовало образованию торгово-ремесленных центров в

крае – Аксай, Эндирей, Дербент, Ботлих, Шали, Чечен-аул, Старые Атаги,

Алды и т.д. Развитие экономики и ремесла приводит к укреплению и

расширению торгово-экономических отношений с Россией. Через города

Кизляр,

Моздок,

Ставрополь,

Астрахань

поступали

российские,

западноевропейские и восточные товары.

5. Характерная для всей истории региона неравномерность развития разных

его частей сохранялась и в рассматриваемый период. В то время, как у

одних этносов региона наблюдались развитые феодальные отношения,

которые к тому же были юридически оформлены, у других этот процесс

не прослеживался совсем.

6. Северо-Восточный Кавказ в рассматриваемое время был представлен

большим числом политических единиц, различных по принципу

объединения, способу управления, размеру и степени влияния вне своих

17

границ.

Не

было

ни

в

Дагестане,

ни

в

Чечне

единого

государствообразующего

ядра,

способного

объединить

все

его

разрозненные части.

На всей территории Дагестана и Чечни имелись две совершенно разные

по

формам

политического

устройства

структуры

феодальные

образования,

управляемые

на

принципах

единоначалия

и

наследственного права на правление ханами, князьями, уцмиями, беками

и т.д.; и существовали союзы сельских общин (в Дагестане по разным

оценкам - от 60 до более 90, в Чечне – до 60), где фактическим

правителем выступал либо старшина, либо кадий.

7. Почти все феодальные владения и союзы сельских общин в Дагестане

были полиэтничными. Они могли объединять представителей разных

этносов, а управлялись представителями доминирующего в их части

Дагестана народа. В Чечне, напротив, все владения и союзы сельских

обществ были моноэтничными, и могли отличаться лишь использованием

того или иного наречия или диалекта вайнахского (чеченского) языка.

Наиболее крупными в Дагестане были феодальные владения (Тарковское

шамхальство, Кайтагское уцмийство, Казикумухское и Аварское ханства

и др., которые оказывали большое влияние на происходившие в

изучаемое время политические события в крае. В плоскостной зоне Чечни

были феодальные владения с приглашенными из Дагестана и Кабарды

князьями. Приглашенные феодалы были пророссийски ориентированы,

получали также государственное жалование из российской казны и

являлись проводниками политики России в Чечне. На равнине мы

наблюдаем более высокую ступень развития феодальных отношений, чем

в горной зоне Чечни.

Степень достоверности результатов исследования достигается

теоретической обоснованностью и корректностью основных выводов,

соответствием применяемых методов исследования его целям и задачам,

использованием архивных документов и научных монографий по изучаемой

проблеме.

Научная апробация работы прошла при публикации шести научных

статей в журналах, рекомендованных ВАК Министерства образования и

науки

РФ:

«Вестник

Адыгейского

государственного

университета»,

«Научные

проблемы

гуманитарных

исследований»

(г.

Пятигорск),

«Гуманитарные, социально-экономические и общественные науки» (г.

Краснодар), «Каспийский регион: политика, экономика, культура» (г.

Астрахань), в других изданиях, а также докладывались на международных,

региональных

и

республиканских

научных

конференциях.

В

этих

публикациях были изложены основные положения и выводы проведенного

исследования.

Структура исследования отвечает цели и задачам диссертации, и

состоят из введения, трех глав, заключения, списка использованной

литературы и источников, списка условных сокращений.

теоретической и методологической основы, показана научная

практическая значимость диссертационной работы.

новизна и

Первая

глава

диссертационного

исследования

«Социальная

характеристика Северо-Восточного Кавказа» состоит из двух параграфов.

Первый параграф посвящен обзору этно-конфессионального состава и

области расселения народов изучаемого региона. В параграфе анализируются

исторические события, приведшие к изменениям на изучаемой территории. В

этот период в Дагестане происходит начавшееся на более ранних

исторических этапах формирование территориально-языковых общностей.

Также подчеркивается, что в изучаемое время Дагестан не представлял собой

единое государственное образование. В параграфе дается картина природно-

климатических условий и географического положения Чечни, определены

границы расселения вайнахов, приводятся данные о численности населения в

исследуемый период. Так, на начало XIX века население Северного Кавказа

составляло 1.5 млн. человек, из которых 500 тыс. человек поживали в

Дагестане, 120 тыс. человек – в Чечне. Также известно, что вместе чеченцев,

ингушей и карабулаков насчитывалось около 210 тыс.

В

отношении

верований,

в

Дагестане

и

Чечне

утвердилась

монотеистическая религия – ислам.С XVII в. на изучаемой территории

доминирует ислам суннитского толка.

Во втором параграфе рассматриваются сословная иерархия и

социальные отношения в Дагестане и Чечне в середине XVIII – начале XIX в.

необходимо отметить, что

для

народов Северо-Восточного

Кавказа

характерно непоследовательное и неравномерное развитие общественных

отношений. Отсюда и различные формы социального строя народов его

населявших. Причем неравномерный процесс общественного развития

наблюдался как между различными этносами, так и между отдельными

группами одного этноса. В качестве примера в Дагестане можно привести

случаи, когда часть одного этноса (даргинцы, лезгины, аварцы) могла

входить в феодальные образования, а другая часть этого же этноса

объединиться в «вольное общество».

Классовая структура дагестанского и чеченского общества определялась

существующими

производственными

отношениями.

Основными

противоположными группами выступали феодалы – держатели земли и крестьяне,

обрабатывающие ее. К феодалам в Дагестане относились шамхалы, ханы, уцмии,

18

Основное содержание диссертации

Во введении обоснованы актуальность и научная значимость темы

исследования, сделаны общие выводы по состоянию историографии и

источниковой базы, сформулированы предметные, территориальные и

хронологические границы исследования, дано обоснование цели, задач,

25

25

Броневский С. Указ.соч. Ч. 1. С. 18.

19

майсумы,

беки,

чанка-беки,

представители

высшего

духовенства.

В

ЗасулакскойКумыкии выделялись сала-уздени – средние дворяне.

В Чечне феодалами были князья, старшины, знатные уздени.

Иерархическая лестница выстраивалась по принципу владения землей,

количества этой земли. Также немаловажным было происхождение феодала.

Автор начала ХIХ в. С. Броневский, опираясь на документальные

сведения

последней

трети

ХVIII

в.

российского

академика

И.А.

Гюльденштедта, также писал о том, чеченцы не имели своих князей и для

управления приглашают феодалов из соседнего Дагестана.

Среди крестьянства в Дагестане наиболее многочисленными являлись

свободные общинники-уздени. Необходимо подчеркнуть, что если в

предгорной и нагорной части Дагестана уздени были двух категорий, то в

Засулакской Кумыкии их насчитывалось уже три разряда – это круглые –

догерек-уздени, простые или второстепенные уздени, вольноотпущенники

или азат-уздени). Крепостными крестьянами являлись чагары и раяты. Во

всех союзах сельских общин и феодальных образованиях Дагестана имелась

также категория рабов (кулы и лаги). Источником их пополнения были в

основном военнопленные. В вольных обществах Дагестана социальная

иерархия несколько была иной. Так, в некоторых союзах сельских общин

жили потомки ханов, были беки и чанки. Но были и такие сельские общины,

где отсутствовали и беки, и чанки и все население в юридическом плане

являлось лично свободными узденями. Но и здесь уздени не были

однородной массой. Верхушка данной категории крестьянства располагала

значительными земельными наделами, имела стада скота, пользовалась

правом на эксплуатацию бедных сельчан-узденей и рабов.

Рабское

положение, бесправное и абсолютно зависимое занимали в чеченском

обществе в изучаемый период азаты, лаи (рабы), йисары (невыкупленные

пленники), холопы, работные люди и хьалхой (вольноотпущенники).

Как в горной части, так и на плоскости, все зависимые крестьяне

отбывали различные феодальные повинности и подати. Во всех феодальных

образованиях и союзах вольных обществ существовала отработочная

повинность, выплачивалась продуктовая рента, а также денежный оброк.

Во второй главе диссертационного исследования «Экономическое

развитие населения Дагестана и Чечни в середине XVIII – начале XIX

в.» рассматриваются традиционные формы ведения хозяйства.

Дается

оценка развития в изучаемый период земледелия, скотоводства, рыболовства,

пчеловодства, охоты, горных промыслов, домашних промыслов, ремесла и

торговли.

В первом параграфе рассматриваются традиционные занятия и

промыслы горцев.

А) Земледелием издавна в Дагестане и Чечне занимались в горах и на

плоскости. Климатические и естественно-географические особенности зон во

многом обусловили специфику хозяйственной жизни народов Дагестана.

Малоземелье, характерное для горной части, ограничивало возможности

20

хлебопашества. Здесь получили развитие интенсивные формы земледелия. В

горной зоне Дагестана и Чечни в рассматриваемое время широко

использовались удобрения, террасирование горных склонов.

Необходимо указать, что малоземелье для занятия хлебопашеством в

Нагорном Дагестане приводило к развитию в горах более интенсивных

отраслей. В горах, в рассматриваемое время, крестьяне удобряли поля, было

развито террасное земледелие. Кроме того, в горной зоне, в связи с

недостатком пахотной земли, крестьяне уделяли большую роль также

улучшению земель для сенокосов.

Природно-климатические условия Засулакской Кумыкии позволяли

большему развитию земледелия, в связи с чем, на плоскости и в предгорной

зоне Дагестана земледелие в хозяйстве местного населения занимало первое

место. Большое количество плодородной земли на равнине позволяло

населению уделять огромное внимание хлебопашеству, оно оставалось

главным занятием населения. Сосредоточение в этой части Кавказа

внушительных земельных угодий открывало перед горцами возможность

засевать немалые участки и иметь неплохой урожай зерновых культур: ржи,

пшеницы, овса, ячменя, проса, кукурузы, риса, хлопка, который шел на

внутреннее потребление, а также на продажу в горных зонах Дагестана и

Чечни, в притеречных российских городах-крепостях. Система земледелия в

горной, предгорной и равнинной частях была разнообразной: в горных и

предгорных частях региона была трехпольной, а в равнинной зоне основной

системой оставалась двухпольная. Также развитие получили способы

искусственного

орошения

посевов.

Сельскохозяйственный

инвентарь,

используемый жителями Дагестана и Чечни, был аналогичным инвентарю их

соседей. Имели место лишь узколокальные изменения в деталях, ц целом же

способ обработки и приемы были общими.

Б) В изучаемый период у всех народов Дагестана и Чечни ведущим

занятием являлось животноводство. Скотоводство развивалось как в горной

части, так и на плоскости. Горная зона значительно лучше была обеспечена

летними пастбищами, чем землями под посевы зерновых культур. Что

приводит к тому, что скотоводство становится главной отраслью в горах.

Жители плоскости до наступления зимы содержали животных на зимних

выпасах. В горах, в основном, занимались разведением коз и овец, а на

плоскости внимание уделялось разведению крупного рогатого скота. Это

обеспечивало население мясомолочными продуктами. При пахоте быков

также использовали в качестве тягловой силы, перевозке грузов и т.д.

В горах Дагестана и Чечни существовали две системы животноводства:

отгонная и горно-стационарная. Для горной части была характерна отгонная

система, для верхнего предгорья и долин – стационарная, основывавшаяся на

использовании выпасов, степных пригревов.

Овцеводство получило преимущественное развитие в обществах

Западной Аварии, Ахты-пары, Алты-пары, в Горном Табасаране, Агуле,

Акуша-Дарго, далее в горы – у андийцев, жителей Салатавии. На плоскости в

ичкеринцев и чеберлоевцев.

Для использования в

сельском хозяйстве все народы изучаемого

региона разводили лошадей, ослов, мулл и коз.

Также почти каждое

хозяйство разводило домашнюю птицу.

Среди проблем, с которыми сталкивались животноводы, первой была

проблема отсутствия правильной организации кормления и содержания

скота, налаженных маршрутов кочевки и перегона, второй проблемой была

низкая продуктивность крупного и мелкого скота, третьей проблемой было

малое количество зимних пастбищ.

В) Важной составляющей экономики региона были домашние

промыслы и ремесла. Дополнительным импульсом для развития кустарных

промыслов содействовала скудность жизненных средств, получаемых от

животноводства и земледелия.

В Дагестане и Чечне были развиты следующие домашние промыслы:

обработка металла, дерева, кожи, глины и шерсти. В каждом селе был развит

какой-то один из видов обработки. Повсеместно получило развитие

ковроткачество. Всем промыслам изучаемого региона были присущи

высокое качество обработки материала и художественный вкус. В Дагестане

испокон существовала ремесленная специализация местного населения

регионов или сел. Так, Анди, Ботлих и др. селения были центрами

производства бурок. Ковроделие и прекрасные ковры (известные лезгинские,

табасаранские, цахурские и агульские мастерицы), а также в кумыкских,

аварских и даргинских районах.

У ногайцев, кумыков, аварцев (ботлихцев) и других было очень

развито войлочное производство. В округе Дербента, в Терско-Сулакском

междуречье и на левобережье Терека большое развитие получило

шелководство, продукция которого поставлялась во внутренние губернии

страны, за границу (в Европу и Персию).

Следует отметить, что высокохудожественное качество продукции

кубачинских

мастеров

отмечалось

русскими

иностранными

путешественниками,

посещавшими

регион

в

изучаемое

время.

С

изобретением огнестрельного оружия кубачинцам пришлось менять свою

специальность. Они перестали делать панцири, щиты и стали заниматься

производством огнестрельного оружия.

Значительное распространение получило в Дагестане производство

клинков и кинжалов (Амузги, Харбук, Лакия, Гидатль, Нижнее Казанище,

Карах и др.).

Ювелирные

изделия

и

предметы

украшения

дагестанских

златокузнецов и мастеров художественной чеканки были очень популярны

далеко за пределами региона.

В Дагестане было несколько центров гончарного производства: Балхар,

Испик, Сулевкент, Лучек, Гезеркент. Например, изделия сулевкентцев имели

большой спрос в Южном Дагестане. Испикская керамическая посуда

21

Чечне оно было развито среди надтеречных чеченцев, карабулаков,

22

удивляет и по сей день оригинальным художественным решением,

необычными формой и цветом кувшинов, тарелок, чаш, выполненных

способом поливной подглазурной керамики. Кроме того, они были украшены

налепными узорами и ангобной росписью.

В Чечне в изучаемый период были известны различные виды

домашних промыслов и ремесел, однако им не были присущи узкая

специализация и разделение труда среди ремесленников. Некоторые виды

промыслов и ремесла превращались в мелкотоварные производства.

В главе освещаются и подсобные занятия народов Северо-Восточного

Кавказа, такие как рыболовство, охота, горный промысел, пчеловодство.

Второй параграф главы посвящен торгово-экономическим связям

внутри Северо-Восточного Кавказа, а также связям с Южным Кавказом и

Россией. В конце XVIII в. в регионе появляются меновые дворы, где

происходит развитие торговых связей. Меновая деятельность содействовала

непосредственному развитию торговых связей между горцами. Главный

товар плоскостной части – пшеница шла в горы и на север, в города и

русские гарнизоны. Жители Засулакской Кумыкии, Приморского Дагестана,

плоскостной Чечни выставляли на продажу зерно, соль, виноград, фрукты,

рыбу, шелковые и хлопчатобумажные ткани, а также шелк-сырец. Все это

они обменивали у жителей Нагорного Дагестана на оружие, лес, овчины,

бурки, сукна, масло, сыр, паласы, ковры, гончарные, деревянные, ювелирные

изделия и т.п. Население Нагорного Дагестана решала проблему зерна,

приобретая его в плоскостной Чечне, Засулакской Кумыкии, Ширване и

Грузии.

Исторически в регионе находились известные торговые центры,

игравшие значительную роль в хозяйственной жизни кавказских горцев.

Важными центрами торговли в Дагестане и Чечне Тарки Аксай, Эндирей,

Костек, Дербент, Буйнак, Брагуны, Старый Юрт, Гудермес, Шали, Атаги,

Герменчук, Ахты, Маджалис, Акуша, Цудахар, Кумух, Хунзах, Ботлих,

Анди, Рутул и др.

В рассматриваемый период Эндирей играл роль не только центра

международной транзитной торговли, но и центра российско-дагестанских и

русско-чеченских

торгово-экономических

связей.

Эндирей

являлся

своеобразным связующим звеном между Россией и Северо-Восточным

Кавказом.

Регулярно по пятницам в Эндирей съезжались все дагестанские

народы, армяне, русские и горцы Северного Кавказа. Эндирей имел широкие

торговые связи с Чечней, Ингушетией, Карачаево-Черкесией, Кабардой и

даже с Крымским ханством. В Эндирее продавались продукты и изделия,

произведенные не только местными жителями, но и привезенные из Гумбета,

Салатавии, Ботлиха, Анди и др.

Развитие внутреннего рынка на Северо-Восточном Кавказе было

выгодно для внешней кавказско-российской торговли. Из глубинных районов

Дагестана и Чечни в торговые центры (Дербент, Кизляр, Тарки, Аксай,

23

Эндирей, Старый Юрт, Брагуны, Ботлих) поставлялись необходимые

российскому покупателю товары.

Одним и таких важных торговых центров стал Кизляр, отсюда

различных направлениях тянулись торговые пути. После основания в 1735 г.

крепости Кизляр, он становится крупным торговым центром, который до

начала ХIХ в. концентрировал до 90% всего оборота торговли региона. С

1735 г. Кизляр, являлся важным административным центром региона. Кизляр

сохранял значительную роль во внешней торговле. В 1785 г. с образованием

Кавказской губернии, центр политической и хозяйственной жизни несколько

сместился. Но связи, установленные прежде, продолжали оказывать свое

влияние на развитие города.

Развитию торговли и товарно-денежных отношений в Дагестане и

Чечне в рассматриваемый период мешали всевозможные ограничения и

запреты местной русской администрации. Однако, несмотря на все препоны

царизма, объективно в Дагестане и Чечне шло вверх социально-

экономическое развитие, крепли торгово-экономические связи региона с

сопредельными территориями.

Третья глава диссертационного исследования «Государственно-

политическое устройство народов региона» посвящена рассмотрению

системы административно-политического устройства владений и союзов

сельских обществ, бытовавших в регионе в изучаемый период.

В первом параграфе рассматриваются земельно-правовые отношения,

сложившиеся в на Северо-Восточном Кавказе. Исследование показало, чтов

разных

частях

Дагестана

и

Чечни

они

были

неоднородными

и

противоречивыми и имели свои характерные черты.

На плоскости и предгорной зоне Дагестана (шамхальстве Тарковском,

в Засулакской Кумыкии, Мехтулинском ханстве) имелись 4 вида земельной

собственности: казенная, частная, общинная и вакуфная. В свою очередь,

частная собственность подразделялась на мелкие частновладельческие

мюльки и на крупные феодальные владения.

В Чечне были известны следующие виды земельной собственности:

1) общинные земли;

2) тайповые земли (тайпанан латташ);

3) земли мечетей;

4) земли отдельных членов джамаата,

собственности;

находящиеся в их личной

Далее

во

втором

параграфе

третьей

главы

рассматривается

государственно-политическое устройство.

Феодальные владения. Всередине XVIII – начале ХIХ в. ни Дагестан,

ни Чечня не были целостной в политическом и экономическом отношении

территорией.

Здесь

находилось

немалое

число

независимых

и

полузависимых феодальных владений.

В начале XIX в. в Дагестане

насчитывалось 13 феодальных

образований (Шамхальство тарковское, Мехтулинское, Казикумухское,

24

Аварское ханство, Дербентское ханство, Кюринское ханство, владение

Засулакской Кумыкии – Аксай, Эндирей, Костек, Кайтагское уцмийство,

Табасаранские майсумство и кадийство, Илисуйское султанство. Также на

территории Дагестана было более 60 союзов сельских обществ.

Вся территория Чечни состояла из нескольких более или менее

крупных политических образований (княжеств) в плоскостной и предгорной

частях. Среди так называемых приглашенных феодалов были аварские

Турловы, кумыкские Айдемировы, аксаевские князья Казпулатовы,

кабардинский Девлет-Гирей Черкасский, эндиреевские князья бардыханов и

Чапалов. Союзов сельских общин на территории Чечни насчитывалось около

59.

Интересен

механизм

управления

феодальными

владениями

приглашенными князьями. Их власть на плоскости не была никак

юридически оформлена и зафиксирована. В тех селах, где к управлению

приглашались

дагестанские

и

кабардинские

князья,

население

придерживалось пророссийской ориентации. Князья в этих владениях не

избирались обществом, подобно старшинам, а назначались Кизлярским

комендантом.

Среди феодальных образований Дагестана наиболее крупным и

влиятельным и территории являлось шамхальствоТарковское, за ним по

величине и влиянию следовали Кайтагское уцмийство, ханства Аварское и

Казикумухское. Согласно данным начала ХIХ вв. в подчинении тарковского

шамхала были 23 села с 8379 дымами. Шамхальство занимало территорию в

3500 кв. верст.

Как в дагестанских, так и в чеченских феодальных владениях бразды

внутреннего и внешнего правления были в руках феодальных владетелей.

Они

становились впереди

войска в случае

военного

выступления,

феодальный владетель собирал и возглавлял ополчение. Поводом для

выступления могла быть либо защита своих территорий, либо нападение на

другие владения, либо оказание военной помощи союзникам.

Для управления владением феодальные владетели располагали целым

штатом подчиненных лиц. У разных этносов они назывались по-разному, тем

не менее, суть выполняемых ими обязанностей была определенной:

советники – визири, чиновники, уполномоченные по особым вопросам,

сборщики налогов, сотники, казначеи, дворецкие.

Следует отметить, что система административного управления в

политических образованиях Дагестана и Чечни не имела сложную

административно-политическую

структуру,

она

характеризовалась

примитивностью, небольшой вариативностью органов власти и управления.

Б) Союзы сельских общин. Как в Дагестане, так и Чечне, союзы

сельских обществ чаще встречались в горных территориях. Так, среди

народов аваро-андо-цезской группы было 40–50 союзов, у лезгин – 12,

даргинцев – 17, табасаранцев – 9, агулов – 3, рутулов – 2.

25

Организационно они объединялись по этническому принципу, либо по

принципу территориальной близости. Часто их объединяла необходимость

совместной обороны от нападений внешнего врага. Необходимо развеять

миф о демократических принципах внутренней организации союзов сельских

обществ: некоторые из них были в полной зависимости от феодальных

владений, некоторые избирали формы полузависимых отношений, и лишь

часть вели самостоятельную политику.

Союзы сельских обществ в Чечне также были в горах – Акки, Мялхи,

Майсты, Нашаха, Цечой, Мержой, Галай, Нахч-мокх, Терлой, Чеберлой,

Нашаха, Пешхой, Чанти, Шекарой, Шатой. В этих обществах наблюдался

ускоренный процесс имущественного и социального расслоения. Наиболее

густонаселенным и крупным было Мичкизское (Нахч-мохк). Шибутское

общество,

локализованное

в

верховьях

Аргуна,

также

являлось

значительным.

Вольное общество управлялось выборным органом, который назывался

в разных обществах по-разному, мог иметь дополнительные, несвойственные

таким же в других вольных обществах, функции. Низовой территориально-

административной единицей во всех союзах вольных обществ являлся

джамаат.

Каждое вольное общество имело свои границы, органы управления и

адаты. Было ли это управление сельской общиной, или союзом сельских

общин, или более того конфедерацией, неизменным было присутствие в них

должности старшины. Старшина отправлял судопроизводство, не связанное с

шариатом. Старшине подчинялись мангуши и исполнители, которые

осуществляли функции стражей порядка. Кадии – духовные руководители,

были арбитрами в решении судебных споров по шариату. Они оказывали

большое

влияние

на

внутреннюю

и

внешнюю

политику

обществ.

Непременными атрибутами вольного общества были сход джамаата и совет

старейшин. Конечно, в системе управления различных союзов вольных

обществ были и свои характерные черты. Например, союзы сельских

обществ Чечни были моноэтничны. А в Дагестане – напротив, в союз

входило несколько этносов, один из которых был главным и доминировал в

политической жизни общества. Общей для всех обществ как Дагестана и

Чечни была определенная примитивность политической организации

общества.

Заключение диссертации содержит выводы и итоги проведенного

исследования.

Основные

положения

диссертации

изложены

в

следующих

публикациях:

рекомендованных

ВАК

Министерства

Статьи,

в

журналах,

образования и науки РФ:

26

1. Рабаданова

А.У.

Земельно-правовые

отношения

у

народов

Дагестана и Чечни во второй половине XVIII – нач. ХIХ в. // Научные

проблемы гуманитарных исследований. 2011. № 9. С. 109–114.

2. Рабаданова А.У., Кидирниязов Д.С. Социальные отношения у

народов Дагестана и Чечни во второй половине XVIII – нач. ХIХ вв. //

Вестник Адыгейского государственного университета. 2012. № 1. С. 120–125.

3. Рабаданова А.У. Союзы сельских обществ Дагестана в XVIII –

начале ХIХ вв.//Гуманитарные, социально-экономические и общественные

науки. 2014. №4.С. 135–138.

4. Кидирниязов Д.С., Рабаданова А.У., Гарунова Н.Н. Дагестан в

политике России, Ирана и Турции в середине 90-х гг. XVIII

в. //

Гуманитарные, социально-экономические и общественные науки. 2014. №5.

Ч. 1. С. 207–210.

5.

Рабаданова А.У. Союзы сельских общин Северо-восточного

Кавказа в XVIII – начале ХIХ в. (общее и особенности) // Гуманитарные,

социально-экономические и общественные науки. 2015. №6/1. С. 260–264.

6.

Рабаданова А.У. Торговые отношения северокавказских народов с

Россией во второй половине XVIII в. // Каспийский регион: политика,

экономика, культура. 2015. № 3. С. 40–46.

Работы, опубликованные в других научных изданиях:

7. Рабаданова А.У. Из истории феодальных владений плоскостной

Чечни в XVIII в. // Материалы региональной научной конференции

«Межнациональные

отношения

на

Северном

Кавказе.

Проблемы

и

перспективы» (г. Дербент, 19 апреля 2007 г.). Дербент, 2007. С. 88–90.

8. Рабаданова А.У., Кидирниязов Д.С. Торгово-экономические связи

народов Северного Кавказа между собой и Россией во второй половине

XVIII – начале XIX в. // Материалы региональной научной конференции

«Межнациональные

отношения

на

Северном

Кавказе.

Проблемы

и

перспективы» (г. Дербент, 19 апреля 2007 г.). Дербент, 2007. С. 165–167.

9. Рабаданова А.У. Институты управления в феодальных владениях

Засулакской Кумыкии в XVIII в. // Материалы международной научной

тюркологической конференции (г. Махачкала, октябрь 2007 г., ДГПУ).

Махачкала, 2008. С. 217–218.

10. Рабаданова А.У., Кидирниязов Д.С.К вопросу о социальных

отношениях у народов Дагестана во второй пол. XVIII – нач. ХIХ в. //

Материалы

республиканской

студенческо-преподавательской

научно-

практической

конференции

«Новый

взгляд»

(основные

направления

социально-политического и культурного развития России и Дагестана:

история и современность). Махачкала: ДГПУ, 2008. С. 33–37.

11. Рабаданова А.У. Территория расселения народов Чечни сер.XVIII –

нач. ХIХ в. // Научные труды третьей всероссийской научно-практической

конференции «Современные проблемы общественно-гуманитарных наук

27

(теория и практика)» (г. Махачкала, март 2011 г. МГОУ). Махачкала, 2011. С.

59–63.

12. Рабаданова А.У. Расселение и население Чечни в XVIII – нач. ХIХ

века // Материалы всероссийской научно-практической конференции

«Народы Северного Кавказа в общероссийском пространстве: история и

современное состояние» (декабрь 2011 г. Филиал ДГУ в г. Хасавюрте).

Хасавюрт, 2011. С. 234–241.

13. Рабаданова А.У. Феодальные владения Чечни в XVIII – нач. ХIХ

века // Материалы международной научно-практической конференции

«Дагестан в истории Кавказа и России» (г. Махачкала ноябрь 2011г., ДГПУ).

Махачкала, 2012. С. 267–276.

14. Рабаданова А.У. Из истории торговых отношений народов

Дагестана и Чечни между с собой и с Россией в конце XVIII – нач. ХIХ в. //

Материалы

I

Всероссийской

научно-практической

конференции

«Русскоязычное население Северного Кавказа: история и современность» (г.

Махачкала, март 2012 г., ДГИНХ). Махачкала, 2012. С. 230–239.

15. Рабаданова А.У. Развитие земледелия у чеченцев в конце XVIII –

нач. ХIХ в. // Материалы Международной научной конференции «Дагестан в

российском историческом процессе» (16 ноября 2012 г.). Махачкала: ИИАЭ

ДНЦ РАН, 2013. С. 192–196.

16. Рабаданова А.У. Роль скотоводства в хозяйстве чеченцев в конце

XVIII – нач. ХIХ в. // Материалы Международной научно-практической

конференции «Актуальные проблемы гуманитарных и общественных наук» /

(г.Махачкала, март 2013 г. МГОУ). Махачкала, 2013. С. 114–119.

17. Рабаданова А.У. Влияние межэтнических контактов на развитие

домашних промыслов и ремесел у народов Дагестана и Чечни в XVIII – нач.

ХIХ в. // Материалы 2 Всероссийской научно-практической конференции

«Межэтнические отношения на Северном Кавказе: история и современность»

(г. Махачкала, апрель 2013 г., ДГИНХ). Махачкала, 2013. С. 64–67.

12. Рабаданова А.У. Торговые отношения народов Дагестана и Чечни с

Кизляром в первой трети ХIХ в. // Влияние социокультурных, политико-

правовых и экономических процессов на генезис гражданского общества в

евразийском пространстве (на примере Северного Кавказа и города-героя

Кизляра). Материалы Всероссийской научно-практической конференции (с

международным участием). Кизляр, 2015. С. 201–209.



Похожие работы:

«Татарникова Марина Романовна ОСВОЕНИЕ ЦЕЛИННЫХ И ЗАЛЕЖНЫХ ЗЕМЕЛЬ В ИРКУТСКОЙ ОБЛАСТИ В 1950-1960-х гг. специальность 07.00.02 – Отечественная история АВТОРЕФЕРАТ диссертации на соискание ученой степени кандидата исторических наук Иркутск – 2015 Работа выполнена на кафедре истории, экономических и политических учений федерального государственного бюджетного образовательного учреждения высшего профессионального образования Байкальский государственный университет Научный...»

«Мамадазимова Майрам Мухиддиновна СТАНОВЛЕНИЕ И РАЗВИТИЕ НАЦИОНАЛЬНОЙ БИБЛИОТЕКИ ТАДЖИКИСТАНА (1933-2013 гг.) Специальность 07.00.02Отечественная история АВТОРЕФЕРАТ диссертации на соискание ученой степени кандидата исторических наук Душанбе-2015 1 Набиев Ваххоб Машрабович доктор исторических наук, профессор, заведующий кафедрой истории таджикского народа Худжандского государственного университета им. Б.Гафурова Фозилова Максуда Зулфикоровна кандидат исторических наук, кафедры...»

«Юрлов Петр Вениаминович ТОРГОВОЕ ПРЕДПРИНИМАТЕЛЬСТВО В ПРИЕНИСЕЙСКОМ КРАЕ (1920 – 1929 гг.) Специальность 07.00.02 – Отечественная история АВТОРЕФЕРАТ диссертации на соискание ученой степени кандидата исторических наук Иркутск 2016 доктор исторических наук, профессор Ильиных Виктор Андреевич доктор исторических наук, профессор (Институт истории Сибирского отделения Российской академии наук), заведующий сектором аграрной истории Неклюдова Анастасия Васильевна кандидат...»





 
© 2015 www.z-pdf.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.