авторефераты диссертаций www.z-pdf.ru
БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА
 

На правах рукописи

ЦВЕТУС-САЛЬХОВА Татьяна Эдуардовна

СЕМАНТИКО-СЕМИОТИЧЕСКИЙ АСПЕКТ

НЕВЕРБАЛЬНОГО ЯЗЫКА ТЕЛЕСНОСТИ

В ТЕАТРАЛЬНОЙ ПЛАСТИЧЕСКОЙ КУЛЬТУРЕ НАЧАЛА ХХ ВЕКА

Специальность 24.00.01 – Теория и история культуры

АВТОРЕФЕРАТ

диссертации на соискание ученой степени

кандидата культурологии

Кемерово 2015

Работа

выполнена

политических дисциплин

институт культуры»

Научный руководитель

доктор философских наук, профессор

ФГБОУ ВО «Кемеровский государственный

институт культуры»

Балабанов Павел Иванович

Официальные оппоненты:

доктор филологических наук,

главный научный сотрудник ФГБУН «Институт

филологии

Сибирского

отделения

академии наук (ИФЛ СО РАН)»

Ким Игорь Ефимович

на

кафедре

философии,

права

и

социально-

в ФГБОУ ВО «Кемеровский государственный

кандидат философских наук, доцент

ФГБОУ ВПО «Южно-Уральский

государственный университет»

(национальный исследовательский университет)

Соломко Дмитрий Витальевич

Ведущая организация

ФГБОУ ВПО «Мордовский государственный

университет им. Н. П. Огарева»

Защита состоится 5 февраля 2016 г. в 10.00 часов на заседании

диссертационного совета Д 210.006.01 по защите диссертаций на соискание

ученой степени кандидата культурологии при ФГБОУ ВО «Кемеровский

государственный институт культуры» по адресу: 650056, г. Кемерово,

ул. Ворошилова, 17, ауд. 221.

С диссертацией можно ознакомиться в научной библиотеке и на сайте

Кемеровского государственного института культуры http://kemguki.ru

Автореферат разослан 29 декабря 2015 г.

Ученый секретарь

диссертационного совета,

кандидат философских наук, доцент

2

Т. А. Волкова

Российской

ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА РАБОТЫ

Актуальность темы исследования. В рамках гуманитарных дисциплин

достаточно широко рассматривается тот факт, что тело – это не только объект,

но и субъект, так как человек действует телесно на предметы (объекты), в том

числе и на самого себя. Однако по-прежнему отсутствует единая терминология

для более точной передачи смыслового наполнения понятий «тело» и

«телесность», и это имеет важное значение как в онтологическом, так и в

гносеологическом и методологическом отношениях.

Возникла необходимость не только дифференцированного анализа тела

как объекта и тела как субъекта, но и интегративный анализ совокупности

различных его состояний, качеств и способностей, объединенных в понятии

телесности.

Важность исследования телесности человека напрямую касается и такой

специфической области культуры, как невербальное взаимодействие между

людьми. Во всех культурах мира без исключения тело выступало как

своеобразный

текст,

особая

знаковая

система,

посредством

которой

человеческая телесность декларировала собственную суть.

Многофункциональность невербальных структур делает актуальным

исследование их развития и функционирования в области пластических

искусств

(театр,

пантомима,

хореография),

позволяя

выявить

степень

автономии

или

зависимости

актера

(исполнителя)

от

его

телесной

организации. Движение, пластика, поза, жест, мимика выступали в качестве

манифестации телесной текстуальности в сценических действах, являясь

средством установления коммуникации и передачи определенной информации.

В контексте сценических искусств, театральной культуры невербальный язык

стал эффективным средством общения, в котором жест выступает условным

знаком выражения эмоций и мыслей, что приводит к необходимости уяснить

его роль и значение в театре, хореографии и других видах пластических

искусств.

Степень разработанности темы. Проблема соотношения тела и души

поднималась с древнейших времен. Телесность как экзистенциальный феномен,

понимаемый здесь как неразличенность «внутреннего» и «внешнего» начал

человека, стала предметом анализа у мыслителей «философии жизни» –

например, у Ф. Ницше, наделившего телесность характеристикой внутренней

активности, динамичности. В их трактовке телесность превращается в

уникальную совокупность жизненных сил, энергий, пульсаций, обладает

собственной, вполне автономной перспективой и внутренним законом, не

подчиненным никаким извне полагаемым целям.

Особо отчетливо интерес к человеческой телесности прослеживается у

мыслителей феноменологического направления – Э. Гуссерль, М. Хайдеггер,

М. Мерло-Понти, Ж.-Л. Нанси, Ж. Делез, Ж.-П. Сартр, Ж. Батай, А. Арто,

М. М. Бахтин, В. А. Подорога. Так в рамках феноменологического подхода

3

феномен человеческого тела у Э. Гуссерля усиливается и абсолютизируется

через духовное, субъективное начало, через внутреннее чувство «я», а роль

тела сводится лишь к пассивному началу. М. Мерло-Понти, напротив,

абсолютизирует тело и превращает его в универсум, то есть, по сути, в

телесность,

которая

является

смыслопорождающей

трансцендентальной

формой мира. С точки зрения М. М. Бахтина, феноменологическую

очевидность выражает «внутреннее» тело в противовес телу «внешнему».

А. Арто отстаивает идею реальности как перевернутого образа видимости,

идею «внутреннего» тела как зеркального отражения тела «внешнего». Для

Ж.-П. Сартра и В. А. Подороги телесность («плоть») – это некий избыток

тела, то, во что оно простирается, чтобы стать материей исполненного

желания. Феноменологические и экзистенциальные традиции понимания

тела как первого «жизненного пространства» человека активно продолжают

использоваться в работах современных исследователей – В. Б. Устьянцев,

О. Ф. Филимонова.

Наиболее

значительные

результаты

в

осмыслении

человеческой

телесности достигнуты в рамках социокультурного подхода, представители

которого рассматривают ее не иначе как продукт развития культуры, как

преобразованное под влиянием социальных и культурных факторов тело

человека. Данная тема анализировалась в работах П. Бергера, А. Первина,

Е. Р. Ярской-Смирновой. Изучая данный поход, можно выделить работы

И. М. Быховской, в которых она говорит о том, что тело человека подвергается

объективным интенсивным воздействиям со стороны экологических факторов,

особенностей образа жизни, социально-экономического уклада и социальных

институтов. Таким образом, формируется образ человека в структуре

обыденных представлений и специализированного знания, иными словами –

телесность.

Очень близка этой трактовке идея телесности и у представителей

культурно-исторического

подхода,

полагавших,

что

различные

стадии

развития человеческого общества, отмечены специфическими для них идеями,

образами и эталонами тела, которые отражают и культуру эпохи, и ценность

самого тела, и его взаимоотношения с разумом. В этом контексте исследованию

процесса

формирования

категорий

«тело»

и

«телесность»

посвящены

фундаментальные работы А. Ф. Лосева, А. А. Тахо-Годи, П. Д. Тищенко,

В. Л. Круткина, В. М. Розина, А. С. Хомякова, а вопросам соотношения тела и

телесности – посвящены труды Л. П. Киященко, Л. В. Жарова, Л. Н. Бабич,

В. Г. Борзенкова, Р. В. Маслова, Д. В. Михеля, К. С. Пигрова, О. В. Поповой,

В. П. Зинченко, Т. С. Леви, А. Рено, О. Румянцевой, С. В. Фроловой.

Для исследования важны работы, рассматривающие структурную

организацию телесности, «жизненного пространства» через такие механизмы

как «интериоризация» – П. Жане, Ж. Пиаже и «идентификация» – З. Фрейд,

Э.

Эриксон.

Взаимосвязь

телесности

и

социального

пространства

анализируются в работах Г. Зиммеля, Э. Дюркгейма, М. Хайдеггера,

Н. О. Лосского, П. Сорокина, Т. Парсонса. Исследования телесной организации

4

человека в структуре социального пространства представлены трудами

А. Бергсона, Н. Бернштейна, Б. Тернера, М. Мосса, М. Мамардашвили,

В. Подороги. Социализация телесности разрабатывалась в педагогической

антропологии – Н. Н. Визитей, Б. В. Евстафьев, И. С. Кон, Л. Кун, В. М. Розин,

С. В. Фролова.

Ряд философов, социологов и культурологов понимают тело человека

как первый источник знаков, символов и коммуникации. В частности,

М. М. Бахтин, С. Тернер, З. Фрейд, К. Г. Юнг с достаточной степенью

убедительности обосновали понимание человеческой телесности как знаковой

системы. В связи с этим оформилось современное направление анализа данных

проблем – языка тела и аспектов невербальной коммуникации между людьми.

В рамках этого направления представлены работы Р. Бердвистелла, А. Пиза,

Дж. Фаста и А. Лоуэна. Телесные переживания и телесная экспрессия задают

условия для различения внешнего и внутреннего языков тела.

Аксиология человеческого тела получила широкое освещение в работах

по

инвайронментальной

философии

в

исследованиях

Е.

Косевича.

Предпосылки

подобного

рассмотрения

тела

и

телесности

через

аксиологическую призму содержатся в работах по социализации тела у

М. М. Бахтина, П. Бергера, М. С. Кагана, В. Л. Круткина, М. Мосса,

Х. Плеснера, П. Д. Тищенко, А. Ш. Тхостова, М. Фуко, Е. Р. Ярской-Смирновой

и др.

Эстетическая проблематика телесности отражена в работах Д. Паке,

А. Кучиньской, И. Г. Есаулова.

Этическая проблематика человеческой телесности поднималась в работах

А. Швейцера, Г. Маркузе, Э. Фромма и др., отстаивавших мысль о том, что

телесная неприкосновенность выступает необходимой предпосылкой свободы,

неотъемлемой от естественной воплощенности субъекта. Именно через

телесность осуществляется этическое самопонимание, и потому она не должна

быть предметом манипуляции. В противном случае личность не будет

чувствовать себя автором своей жизни (субъектом бытия), испытает кризис

самоопределения, поскольку будет ощущать себя лишь в качестве объекта,

дизайнерского продукта, вещи.

В настоящей работе нами были приняты во внимание данные

исторической лингвистики, выведенные из опыта языковых традиций народов

мира и зафиксированные в исследованиях В. Даля, А. А. Потебни,

В. М. Девишвили, П. В. Жогова, Т. М. Буякас, В. А. Михеева,

В. В. Летуновского, П. Пави.

В данном исследовании использовались работы авторов-режиссеров,

деятелей мирового театрального, актерского и хореографического мастерства –

С. М. Волконский, К. С. Станиславский, В. И. Немирович-Данченко,

М. А. Чехов, М. Э. Мейерхольд, П. М. Ершов, А. М. Мессерер, А. Арто,

Э. Декру, М. Марсо, где большое внимание уделяется роли и значению

пластической культуры исполнителя в театральном искусстве. Были учтены

разработки проблемы телесности ряда специалистов в области антропологии

5

искусства – Р. Штернер, Г. И. Гурджиев, С. С. Хоружий, В. В. Ромм, Х. Эллис,

М. Л. Можейко, М. С. Каган; хореографии – Н. В. Атитанова, Л. Д. Блок,

И. Г. Есаулов, В. В. Ромм, Т. А. Шкурко, В. М. Волошина-Сабашникова,

А. Ломакс; театральной пластики и жеста в пантомиме – С. М. Волконский,

А. О. Румнев, И. Г. Рутберг, Р. Е. Славский, Ю. Слонимская, Е. В. Маркова,

Т. А. Григорьянц, Т. А. Малиновская, Г. В. Морозова, Е. В. Юшкова,

А. Я. Бродецкий, Г. Е. Крейдлин, Е. В. Маркова, Э. Декру, А. Жарри,

А. Арто, А. Юберсфельд, Р. Барт, Дж. Мид, С. А. Серова, В. Ф. Сорокин,

М. Я. Гефтер.

Проблема исследования состоит в противоречии взаимоотношений

между культурно-историческими знаковыми формами жеста и его новаторским

содержанием в театральной пластике начала XX века.

Объектом исследования является телесность как социокультурный

феномен.

Предмет исследования – жест как важнейшая культурообразующая

форма, лежащая в основе сценического театрального искусства начала ХХ века.

Цель исследования – выявление семантико-семиотических аспектов

манифестации телесности и трансформации жеста в контексте традиций и

новаций пластической культуры театра начала ХХ века.

Реализация данной цели потребовала решения следующих задач:

1. Проанализировать основные исследовательские подходы и концепции

в рамках представлений о телесности.

2. Выявить

специфику

семантико-семиотического

подхода

в

исследовании феномена телесности.

3. Рассмотреть представления о теле и телесности человека в культурно-

исторической эволюции.

4. Выявить

особенности

манифестации

феномена

телесности

в

представлениях о пластической культуре начала ХХ века.

5. Проанализировать социокультурные аспекты взаимосвязи танца и

пантомимы в пластической театральной культуре начала ХХ века.

6. Эксплицировать

семантико-семиотические

аспекты

жеста

как

элемента телесной культуры и особенности его функционирования в

западноевропейском и русском театрах начала ХХ века.

Теоретико-методологические

основы

исследования

базируются

на

сочетании

культурологических,

исторических,

философских,

искусствоведческих и социологических аспектов современного научного

знания о феномене телесности.

С точки зрения информационно-семиотического подхода телесность

выступает в качестве своеобразного текста культуры, фиксируя внимание на

его

знаково-семиотической

составляющей

невербальном

языке.

Это

позволило в рамках данного исследования представить театральное действие

как акт коммуникации – передачи смыслов при помощи специфической

знаковой невербальной системы – жестового языка. Опираясь на труды

С. Ю. Степанова, Г. Е. Крейдлина и Р. Бердвистелла, важным аспектом работы

6

стало моделирование наложения грамматической структуры вербального языка

на невербальный язык.

Применение культурно-исторического и аксиологического подходов

дало возможность проследить и осмыслить ценностную составляющую

представлений о телесности в различные исторические периоды: образы

и эталоны тела, которые отражают и культуру эпохи, и ценность самого

тела, и его взаимоотношения с сознанием, что отражено в работах

М. М. Бахтина, Л. С. Выготского, М. С. Кагана, А. Ф. Лосева, Ю. М. Лотмана,

О. В. Поповой и др.

Применение

компаративистского

похода

в

его

сравнительно-

сопоставительной

форме,

выявляет

общее

и

особенное

в

культурно-

исторических представлениях о телесности, тенденции их развития, понять

исходный код тех культур, в которых они возникают, что прослеживается

в работах И. М. Лотмана, К. Леви-Стросс и др.

Анализ научных работ представителей социокультурный подхода

П. Бергера, И. М. Быховской – позволил раскрыть возможности понимания

феномена человеческой телесности и тенденции его развития в направлении

целостности как практической и культурной основы жизни человека.

В диссертации нашли применение методы контент-аналитического

исследования материалов средств массовой информации (публикаций местной,

региональной и центральной массовой и профессиональной прессы), а также

общелогические процедуры – анализ, синтез.

Научная новизна работы заключается в следующем.

1. Обосновано,

что

телесность,

порождаемая

взаимодействием

в

социальном контексте человека и мира, системы смыслов, значений и

ценностей, которые человек придает телу и телесным проявлениям, выступает

своеобразным

«историческим

документом»,

свидетельствующим

о

социокультурном состоянии общества.

2. Научно

обоснован

практический

характер

экстраполяции

человеческой телесности в область сценических искусств как особой

знаково-символической

системы

(текста),

выраженный

в

концепциях,

исследовательских установках, методиках режиссеров-новаторов театральной

культуры начала ХХ века.

3. Аргументировано, что театральный жест как форма телесной

организации

исполнителя

в

структуре

невербального

языка

искусства

пантомимы по содержанию эквивалентно жесту в танце, но не тождествен по

стилистике и форме проявления.

4. Выявлена

семантико-семиотическая

специфика

жеста

в

художественно-эстетических

традициях

западноевропейской

и

русской

театральных культурах начала ХХ века.

Положения на защиту.

1. Структурная организация телесности в качестве источника знаков,

символов

и

коммуникации

(текста)

формирует

семантическое

поле

представлений о телесности в культуре, в том числе и театральной.

7

2. Понятие телесности выявляет специфический тип функционирования и

развития социума и культуры, включая систему смыслов, норм, ценностей, а

также интегрирует в себе и отражает свойства целого – той или иной культуры.

3. Социальные и культурные факторы (системы социальных отношений,

культурных и субкультурных ценностей, экологии, образа жизни и др.) влияют

на тело человека, придавая ему специфические особенности, социальные и

собственно культурные свойства, которые формируют, в том числе, и

театральную пластическую культуру.

4. Пластическая культура выступает в качестве своеобразного поля

взаимодействия внутреннего и внешнего жизненных пространств человека,

овладевшего в ходе социализации различными языками тела. Акцентировано

внимание на внутреннюю связь танца и пантомимы.

5. Жест имеет различные семантические структуры: кины, аллокины,

кинемы, кинеморфы, обусловленные художественно-культурными традициями

манифестации телесности в пластической театральной культуре начала ХХ

века, что позволяет ему выполнять различные функции в искусстве

(иллюстративную, эстетическую, художественную, семантическую и др.).

Теоретическая

значимость

исследования

демонстрирует

продуктивность

экстраполяции

понятия

телесности

на

конкретные

предметные области, а в форме невербального языка – на сценические

(пластические) виды искусства. Обосновывается необходимость, в первую

очередь, культурологической рефлексии научных данных о человеческой

телесности, которая делает проблему человека важнейшим элементом

исследовательской

деятельности

многих

гуманитарных

дисциплин:

философии, социологии, истории, искусствоведения, расширяет проблемное

поле культурологии.

Практическая значимость исследования обусловлена возможностью

использования его выводов и материалов в практических тренингах, мастер-

классах по пантомиме, учебно-методических разработках лекционных курсов

по предметам «Основам сценического движения», «Работа с исполнителем»,

«Физическая культура», на семинарских занятиях по ряду гуманитарных

дисциплин, связанных с теорией и историей театра и хореографического

искусства, а также в театральной практике.

Апробация работы. Основные положения диссертации излагались на

региональных, всероссийских и международных научных конференциях:

Международной научно-практической конференции «Глобализация и пути

сохранения традиционной культуры» (г. Кемерово, 16 ноября 2009 года);

ХV

Международной

заочной

научной

конференции

Research

Journal

of

International

Studies

(Екатеринбург,

2013

года);

V

Всероссийской

(с международным участием) научно-практической конференции «Научные

проблемы образования третьего тысячелетия» (г. Самара, 17 июня 2011 года);

Межрегиональной научно-практической конференции «Актуальные проблемы

социокультурных исследований» (Кемерово, 2007, 2008, 2009, 2013).

8

Диссертация в полном объеме обсуждалась на кафедре философии,

права и социально-политических дисциплин ФГБОУ ВО «Кемеровского

государственного института культуры». По теме исследования опубликовано

14

статей,

четыре

из

которых

вошли

в

рецензируемые

издания,

рекомендованные ВАК.

Объем и структура работы. Структура диссертационного исследования

обусловлена поставленной целью и задачами. Работа состоит из введения, двух

глав, заключения и списка литературы.

ОСНОВНОЕ СОДЕРЖАНИЕ РАБОТЫ

Во

Введении

обосновывается

актуальность

темы

исследования,

характеризуется степень ее научной разработанности, формулируется проблема

исследования, а также цели и задачи работы, характеризуется выбор методов

исследования, ее научная новизна, теоретическая и практическая значимость.

Первая глава диссертации «Телесность как предмет теоретических

и историко-культурных исследований» посвящена выявлению основных

исследовательских подходов и концепций, изучающих телесность, а также

рассмотрению

культурно-исторических

представлений

о

ее

природе.

Обосновывается выбор методов исследования и определение понятийного

аппарата телесности.

Первый

параграф

«Телесность:

основные

исследовательские

подходы

и

концепции»

ставит

своей

задачей

выявить

основные

исследовательские подходы и концепции в рамках представлений о телесности.

Среди многочисленных подходов к изучению телесности в работе

акцентируется

внимание

на

наиболее

продуктивных

для

решения

исследовательских

задач

диссертации.

Феноменологический

подход

представлен в работах Э. Гуссерля, Ж. Батая, А. Арто и др. В основе его

признание качественного различия между проживанием «живого тела» и

наличием «анатомического тела». Последнее связано только с чисто

физическим описанием. Разумеется, у каждого мыслителя можно найти

специфические черты в осмыслении этой ситуации, но главная тенденция этого

подхода остается неизменной.

Достаточно интересные результаты получены в рамках социокультурного

подхода в работах Б. Тернера, М. Мосса и др. В его рамках телесность, как

социокультурный феномен, определяется как преобразованное под влиянием

социальных

и

культурных

факторов

тело

человека,

обладающее

социокультурными значениями и смыслами и выполняющее определенные

социокультурные функции. Такое видение феномена телесности открывает

целый пласт проблем, который еще предстоит решить и придать этому

феномену широкую автономность и целостность.

Культурно-исторический подход прослеживается, также, в работах

П. Д. Тищенко, Ж. Фройнда и др. Последователи этого подхода полагают,

9

что телесность «нагружена» специфическими идеями, образами, эталонами,

которые отражают как культуру эпохи, так и ценность самого тела в его

взаимоотношении с разумом.

Если

указанные

подходы

часто

сводят

феномен

телесности

к

невербальному поведению, определению пространственных границ тела,

состоянию здоровья и т. п., то зачастую упускается ценностное содержание

феномена

телесности.

В

этом

аспекте

можно

указать

на

работы

И. М. Быховской, М. М. Бахтина, П. Бергера, Д. Блэкинга и др. В них

феномен телесности выступает как важнейшая ценность

культурного,

социального и духовного бытия человека.

В семантико-семиотическом аспекте можно применить достигнутые в

этом направлении результаты и к феномену телесности, что отражено в работах

М. М. Бахтина, Б. Тернера, К. Г. Юнга и др. В этом случае телесность

трактуется как первоисточник знаков, символов и их комбинаций. Таким

образом, телесность человека является многомерной, креативной, целостной

информационной системой. Основополагающим принципом целостности

человеческой телесности является информационное взаимодействие различных

ее уровней (внутренний и внешний; биологический, психологический,

социальный, культурный), позволяющее поддерживать соответствие между

внутренними и внешними факторами информации и развивать способности к

диалогу между «внешними» и «внутренними» состояниями тела. Знаки и

символы в пространстве образуют одну языковую структуру.

Учитывая все результативное, что получено в работах представителей

вышеуказанных подходов, сформулируем два принципиальных положения:

человека и природной основой его становления и развития;

телесность является интеграцией сознательного и бессознательного, опыта

человека, совокупностью духовных, культурных, социальных и биологических

качеств человеческого тела.

Второй параграф «Семантико-семиотический метод исследования

телесности» первой главы решает задачу выявления специфики семантико-

семиотического подхода в исследовании феномена телесности.

Семантико-семиотические исследования приобрели большую известность

и играют важную роль в современной науке. Значимыми в этой области

являются работы Ч. Пирса, Ф. Соссюра, Ю. С. Степанова, Г. Е. Крейдлина и др.

Проанализировав интерпретацию знака в семиотических исследованиях,

мы определили, что он выступает либо как единица плана манифестации, либо

как результат соединения означающего и означаемого, либо как соединение

формы выражения и формы содержания и т. д. Таким образом, автор подверг

знаковые структуры анализу по следующим направлениям: 1) исследование

самой структуры знака; 2) отношение знаков к тому, что они обозначают;

3) отношение знаков к интерпретаторам. Причем каждый знак имеет десигнат.

Эти общие положения семиотики в данной работе были дополнены

10

Тело является первым пространством человека между сущностью

Понятие телесности отлично от понятия тело и несводимо к нему, так как

«семиотическим правилом» Ю. С. Степанова, а именно: при каких условиях

знак применим к объекту или ситуации, выяснение чего расширяет

возможности семиотического анализа. Важно отметить, что знаки различаются

тем,

в

какой

они

степени

обуславливают

определенные

ожидания

интерпретаторов.

Учитывая

вышеприведенные

общие

положения

семиотики

и

исследовательские функции семантики, автор пришел к выводу, что эти методы

применимы не только к вербальным языкам, но и к невербальным. Известный

исследователь Г. Е. Крейдлин, рассматривая невербальную семиотику, выделил

в ней паралингвистику, кинесику, окулесику и др. Из десяти представленных

им разделов, внимание было акцентировано на кинесику, так как объектом

данной области невербальной семиотики являются знаковые телодвижения.

В кинесике инстинктивные движения, действия и «кинесические коды»,

основываются на определенной культурной традиции и осознаются наравне с

другими произвольными конвенциональными семиотическими системами.

Иными словами, предметом кинесики является естественный язык тела,

являющийся неотъемлемой частью повседневного поведения людей.

Создатель кинесики Р. Бердвистелл одной из первых поставил задачу

создания каталога отдельных простейших человеческих телодвижений и

статичных поз – кинесических атомов и молекул – кинов, кинеморф,

кинесигнатов, то есть единиц, с помощью которых происходит реальное

общение людей.

В

диссертации

достаточно

подробно

приводятся

синтетическая

классификация кинов, классов кинесических форм, эмблематических форм

иллюстративных жестов, регуляторов, предложенных автором диссертационного

исследования по работам Р. Бердивстелла, Г. Е. Крейдлина и др.

Жестовая коммуникация – один из ведущих способов невербального

поведения. Наряду с ольфакторной коммуникацией, мимической и тактильной

она является важнейшей составляющей бессловесного общения людей.

Культура

предписывает

своим

членам

определенные

правила

демонстрации телесности, жестового поведения и правила выражения

эмоций, зависящие от социального и культурного контекста. Современные

исследования показали, что, оставаясь наедине, представители разных

культур

реагируют

эмоционально

сходным

образом

на

одинаковые

стимулы, тогда как в присутствии посторонних их эмоциональные выражения

подчиняются правилам демонстрации, принятым в данной культуре.

В

данной

работе

утверждается,

что

невозможно

без

знания

семиотической

концептуализации

тела,

введенной

Г.

Е.

Крейдлиным,

с полной уверенностью отрефлексировать особенности функционирования

естественного языка и языка тела в коммуникативном акте. Для того чтобы

изучить невербальный язык, необходимо точно знать: когда и какой частью

своего тела человек пользуется, участвуя в процессе коммуникации.

Формируется смысловая (семантическая) нагрузка невербального языка.

11

В этом аспекте жест представляет собой уже не «слово», а «предложение» в

«рассказе» невербальным языком человека.

Таким образом, язык телесного общения есть сфера трансляции смыслов

и порождение новых, с помощью которых человек осознает себя в мире.

Придерживаясь данной концепции, автор рассмотрел невербальный язык с

позиции компаративистики, что позволило выявить общее и особенное в

культурно-исторических

явлениях,

тенденциях

эволюции

невербального

поведения.

Таким

образом,

все

расширяющиеся

возможности

семиотики,

а особенно, семантики, возрастающая в современном глобальном мире роль

компаративистики создают основу для изучения невербального языка как

презентанта телесности, а также уяснения его места и роли в различных

культурах.

В третьем параграфе «Культурно-исторические представления о

телесности» первой главы решается следующая задача диссертационного

исследования – рассматриваются культурно-исторические черты эволюции

представлений о теле и телесности.

Самый

ранний

этап

античной

антропологии

представлен

мифологическим пониманием человеческой телесности. Специфика всей

древней антропологии в целом заключалась в том, что она выражала свои

представления о человеке в двоякой форме: не только прямо, непосредственно

описывая собственно человека и его реальную жизнь, но и опосредованно,

в

формах

превращенных,

«нечеловеческих»,

трансцендентных.

Весьма

существенной чертой античной антропологии можно считать мифологический

принцип,

согласно

которому

божество

сливается

(отождествляется)

с

символизируемой

(обозначаемой

им)

реальностью.

Мифология

последовательно экстериоризует, «овнешняет» духовно-нравственный мир

человека.

Типичным для Античности был принцип целостности (нерасчлененности)

телесного и духовного начала, идея их гармонии. Наряду с этим лидирующим

принципом в воззрениях Античности встречается постулат о непримиримости,

вражде телесного и духовного начал («соматический негативизм»).

Христианство в целом выступило как новая мировоззренческая опора

сознания, как выражение запроса на святую и чистую жизнь, возникающего у

человека, утомленного плотским активизмом поздней римской Античности.

Оно явилось своеобразным компромиссом в трактовке толкования духа и

плоти, ибо, при всей своей абсолютной духовности, Христос воскресает как

телесное существо, имеющее плоть и кровь. И жизнь человека в условиях

христианской антропологии рассматривается как жест, по которому после

окончания земного существования будет принято решение, достоин ли он

Царствия Небесного.

Таким образом, обосновано, что традиционная христианская этика

рассматривала человека как существо греховное, ограниченное чувственным

миром, смиренно несущее в себе одновременно духовное (бесконечное) и

12

телесное (конечное). Что значительно отличалось от античного мировоззрения

отношения к телу.

Радикальный переворот в оценке человека происходит в эпоху

Возрождения,

отличительной

чертой

которой

явилось

осмысление

и

углубление

индивидуалистических

устремлений

человека.

Ренессансная

трактовка человеческой телесности проявилась в трагическом столкновении

античного и христианского начал в культуре Возрождения, которые и дали ей

такую противоречивую окраску. Человек, будучи самым совершенным тварным

существом, поставлен Богом в центр мироздания, который представлен в

качестве объекта познания и приложения для творческой активности.

Ренессансная

антропология

свою

трактовку

человеческой

телесности

окончательно не решила, но сильно ослабила доминирующее в массовом

сознании христианское понимание человека.

Разработка проблемы тела в рационалистической традиции Нового

времени дает возможность понять, что обращение к проблематике телесного

было связано с возвращением философского интереса к понятиям «телесность»,

«тело», «тело без органов», концептам страха, боли, смерти.

В

постклассической

философии

концепт

«тело»,

«телесность»

семантически

связывается

уже

с

выяснением

«биографических»,

«топографических» параметров субъекта. Телесность наделяется новыми

признаками,

феноменально

проявляется

как

смерть,

страх,

боль,

сексуальность, аффект, перверсия и др. Отмечается, что страх – важнейший

экзистенциал бытия.

Эпоха постмодернизма вновь вносит существенные коррективы в

проблематику человека и его телесности, породив так называемый кризис

идентичности. Дело в том, что любая эпоха демонстрирует широкий репертуар

антропологических практик, или, по М. Фуко, – «практик себя». Спектр

современных подобных практик в результате потока антропологических

инноваций значительно расширен, а сами они несут в себе глубокие, часто

радикальные изменения человека. Распространяются и пропагандируются,

находят философскую апологию практики трансгрессии, виртуализации и

экстремальной психопрактики.

Таким образом, нам удалось проследить историю развития отношений

социума к телу и историю формирования телесности как социального тела.

Оба этих элемента находятся в тесной взаимосвязи, так как один накладывает

отпечаток на другой и наоборот, участвуя в культурогенезе и находясь в

симбиотическом отношении на каждом культурно-историческом этапе.

В результате исследование приходит к выводу, что до настоящего

времени

с

человеком

совершаются

неожиданные,

значительные

и

разнообразные по характеру изменения. Человек является предметом не совсем

понятной, но интенсивной и революционной динамики, которая затрагивает

весь диапазон уровней его существа, от духовного мира до генетической

основы. Тем важнее стало решение задач подробного исследования тела и

телесности

человека,

с

помощью

семантико-семиотического

метода

13

определения структуры знака жеста и компаративистского анализа понимания

телесности, что позволило рассмотреть невербальный (жестовый) язык как

способ манифестации телесности в различные исторические периоды.

Вторая

глава

«Невербальный

язык

как

способ

презентации

телесности в театральной пластической культуре ХХ века» посвящена

анализу значения жеста как смыслообразующей основы проявления телесного

языка в культуре, рассмотрению пластической культуры как содержательного

эквивалента художественного выражения картины мира и репрезентации

телесности через пластические искусства в театральной культуре начала ХХ

века на примере художественно-эстетических традиций театра, пантомимы и

танца.

Первый параграф «Пластическая культура – способ формирования

телесного модуса в культуре начала ХХ века». Задачами данного параграфа

стали

выявление

особенностей

манифестации

феномена

телесности

в

представлениях о пластической культуре начала ХХ века, анализ явлений и

фактов понимания культурного мира через телесность, позволяющие сделать

вывод

о

существовании

пластического

(телесного)

эквивалента

социокультурных процессов вообще и художественных практик в частности.

В данном параграфе обосновано определение «пластической культуры»

как

явления,

презентирующего

телесность

и

формирующегося

под

воздействием культурных процессов, включающих в себя социальные,

культурные и географические факторы.

Рассмотрев

понятия

«пластика»

и

«пластичность»,

автор

диссертационного исследования определил, что они могут характеризовать

произведения искусства: будь то архитектура, скульптура, музыкальные и

литературные произведения, хореография. Так мы можем подразумевать под

пластикой форму предметов и явлений материального мира; гармонию,

согласованность движений и жестов в сценическом искусстве пантомимы и

танце; плавность и изящество движений.

Таким образом, в структуре невербального языка, посредством которого

декларируется телесная организация исполнителя, жест можно рассматривать

в смысле некоего первоэлемента зрелищного начала, который способен

объединять разные внешние формы зрелищной культуры, разные зрелищные

явления.

Однако не стоит забывать, что жест является структурной единицей

невербального (телесного) языка. Иначе говоря, пластического. Следовательно,

именно жест в большей степени является пластическим эквивалентом

вербального языка в акте репрезентации телесности в сценических видах

искусства, таких как: театр, пантомима и танец. Жест как пластический

эквивалент, переводчик и связующее звено пластической культуры является

презентантом телесности в конкретных видах искусства. Следовательно, жест

выполняет ряд функций:

14

как презентант телесности в культуре;

как единица невербального языка;

как способ формирования и проявления особенностей

культур, в том числе национальной колоритной эстетики;

как транслятор духовной культуры народа, нации.

и

национальных

как способ диалога (так как является знаконосителем, десигнатом

интерпретантом) как в социуме, так и в отношении исполнитель-зритель;

Тем самым закладываются основы для решения следующей задачи

исследования.

Во втором параграфе «Жест в пластической культуре танца начала

ХХ века» решается задача – проанализировать семантико-семиотические

аспекты взаимосвязи танца и пантомимы в пластической театральной

культуре начала ХХ века. Обращается внимание на большое сходство между

пластическим языком пантомимы и танца. Учитывая, что танец имеет четко

простроенную пластическую партитуру, в которой немаловажную роль

играет жест, автор предполагает, что танец и пантомима имеют тесную связь

между собой. Автор анализирует понятие «танец», опираясь на мировую

литературу по дансологии.

Рассматривая историю хореографии, мы обосновали, что танец, как вид

пластического искусства, передает своим специфическим языком знания,

верования, искусства, нравственность, законы, обычаи и некоторые другие

качества, способности и привычки, усвоенные человеком как членом

культурного сообщества. Таким образом, автор утверждает, что танец являет

собой выражение важнейшего аспекта социокультурного пространства, то есть

является одним из невербальных языков манифестации телесности в культуре.

Основанием

для

рассмотрения

понятия

«танец»

стала

проблема

определения истории возникновения пантомимы. Так как в Античности

было введено определение «пляска» для театрального действа, то автор

предполагает, что именно танец дал толчок рождению пантомимы, а

впоследствии и театру. Однако на протяжении социокультурного процесса

вскоре пантомима заняла преобладающее место. Но по истечении времени

танец стал заимствовать условный жест из пантомимы как универсальный

язык передачи смысловой эмоциональной нагрузки балетных постановок.

Основой изучения пластической культуры танца начала ХХ века стало

исследование опыта русских танцоров и хореографов начала ХХ века

А. Мессерера, М. Фокина. Именно в этот временной период, на наш взгляд,

пантомима оказывала наиболее важное влияние на танцевальную культуру,

определяющая внешнее проявление художественных смыслов. Использование

жеста было априори искусства хореографии. Очень хорошо это показано в

книге Асафа Михайловича Мессерера «Танец. Мысль. Время», где он описал

попытки поиска гармонии внутренних переживаний и соответствующей ей

внешней технике танцоров, которая бы не сводилась только к архаичным

условным жестам, а проявлялась в объединении всех необходимых техник:

пантомимы с её условностью, акробатики, пластики и танца. Таким образом,

появилась тенденция четкого разделения танца и пантомимы.

15

Компаративистский анализ семантико-семиотического аспекта невер-

бального языка театральной культуры обусловил многофункциональность

жеста в пластических видах искусства:

функции жеста, которые обуславливаются социально-историческими,

культурными и географическими особенностями народа;

и символах, иносказаниях и аллегориях, с помощью которых передаются

смысл, чувства, эмоции актеров через действия;

дополняют слово и усиливают его значение в сценическом действии.

Третий

параграф

«Жест

в

западноевропейской

и

русской

театральной культуре начала ХХ века». Решением задачи данного

параграфа стало эксплицирование семантико-семиотических аспектов жеста и

особенностей функционирования его в западноевропейском и русском театрах

начала ХХ века.

Человек рассматривается с точки зрения информационно-семиотического

подхода, где он представляется в виде системы знаков, которые транслируются

и

имеют

возможность

материализоваться

в

различных

проявлениях

человеческого

существования.

В

представленной

работе

приведены

доказательства,

что

невербальный

пластический

язык

часто

бывает

выразительнее и красноречивей слова; телесные «высказывания» несут

информацию, которую невозможно облечь в словесную форму, но от этого

она не становится менее значимой. Таким образом, мы подтвердили гипотезу,

что грамматической единицей и информационным носителем в невербальной

коммуникации является жест.

Изучая терминологическое поле понятия «жест», мы взяли за основу

следующие определения: жест есть реализация эмоциональных состояний и

оттенков этих состояний, где телесное проявление – трансляция внутренних

переживаний, свойственных психофизической природе человек (здесь важно

отметить, что, по мнению Г. Крейдлина, основным отличием жеста от

физиологических движений тела человека является «знаковый» характер

жеста);

жест

пластико-пространственная

конфигурация

телесности,

обладающая

семиотически

артикулированной

значимостью;

жест,

как

культурный феномен имеет устойчивый в данной культурной традиции и

осваиваемый

в

процессе

социализации

знак,

обладающий

стабильной

семантикой.

Проанализированные

черты

западноевропейского

театра,

в

особенности театр в эпоху классицизма, выявили его характерную черту –

условно-знаковую

жестикуляцию.

В

периоды

подъема

театрального

искусства различных культур – будь то античный театр, итальянский или

французский – пластическая основа приобретает всегда особое значение.

Жестово-мимические понятия и сегодня вполне полноценно и комфортно

живут, например, в балете (канонизированные пластические выражения гнева,

16

в хореографии преобладают художественно-эстетические и знаковые

в пантомиме – художественные, языковые функции, основанные на знаках

в театре – коммуникативные, художественно-эстетические, которые

мольбы, любовного порыва и т. д.). Однако в современном драматическом

театре жест почти утратил функцию однозначно читаемого знака.

В данном параграфе автор уделил большое внимание такому феномену

театрального искусства, как пантомима, где жест имеет основополагающее

значение. Она, безусловно, оказала огромное влияние на театральную

культуру Западной Европы начала ХХ века.

Исторические

предпосылки

развития

театрального

искусства

западноевропейских стран – укоренившаяся традиция классицизма, быстро

менявшиеся

социальные

условия

жизни

людей,

индустриализация,

возникновение коммерческого театра, который в большей степени имел

развлекательные функции – дали толчок для появления негосударственных

экспериментальных студий театров. Организаторы и творцы этих театров

всегда интересовались новаторскими идеями и, трансформируя собственные,

искали новые возможности выражения сценического искусства, которое

могло бы выразить веяния современности – и по языку общения, и по мысли,

определяющей проблематику.

Поиск «инструмента творчества», коим должен был стать сам актер и, в

частности, человеческое тело, определил, например, возникновение во

Франции школы «Mimepur», где тело актера было единственным средством

сценического искусства, способного транслировать мысли, эмоции, воззрения

на окружающий мир. Основателем этой актерской школы стал Э. Декру.

И если Э. Декру, его ученик Ж.-Л. Барро определяли пантомиму «как суть

драматической

игры»,

то

благодаря

М.

Марсо

пантомима

стала

самостоятельным искусством, определяющим себя не только как способ

воплощения образа актером, но ставшим оригинальным видом театрального

зрелищного действа. Жест и пластическое действие стали основой данного

вида искусства, определяющим стержнем сценического существования.

Пантомима как отдельное, самостоятельное искусство в театральной

культуре нашла себе место и в России, но это было уже во второй половине

ХХ века. Во времена оттепели 60–70 гг. ХХ столетия пантомима пришла на

помощь театральным деятелям, так как ее форма выражения идей с ее

аллегоричностью, символичностью, иносказательностью давала возможность

сказать зрителю то, что вербально передать невозможно. Невербальный язык

условен, и строился на знаковости жеста, который мог читаться совершенно

по-разному. Возможность «говорить телом» – стала определяющей в создании

пластической культуры театра в России.

Что же касается начала столетия, то русская театральная школа искала

себя активно в нескольких направлениях сразу. Однако все новаторские

подходы к поиску выразительной игры актера сводились к одному

знаменателю – пластической основе. Каждый режиссер, создавая собственную

систему актерской игры и сценического существования, новаторски подходил

к традициям театральной пластической культуры. Так для Станиславского и

Чехова

приоритетным

был

выразительный

«психологический

жест»,

Мейерхольд разрабатывал «биомеханику», Таиров искал в пантомиме залог

17

«эмоционально насыщенной формы», Вахтангов модифицировал маски

комедии del’arte, Волконский определял жест как «искусство из искусств».

Любая

коммуникация

даже

словесная,

по

мнению

Волконского,

основана, прежде всего, на жесте. В разговоре двух людей наблюдателю легко

понять взаимоотношения этих собеседников, при условии, что он будет не

только прислушиваться к словам, но и наблюдать за жестами собеседников.

Говоря о пластике А. Чехова, мы предполагаем «психологический жест»

направленный, прежде всего, на внутренние переживания, где большую роль

играет духовное начало. Иное автор увидел в творчестве В. Мейерхольда.

Он, в первую очередь, стремился показать внешний образ, который был бы

явно читаем зрителем, и был абсолютно ему понятен.

Проанализированные

в

этом

параграфе

индивидуальные

черты

западноевропейской и русской театральной культуры начала ХХ века,

позволили автору с помощью компаративного анализа выделить специфику

данных направлений:

Западноевропейский театр проявил себя в России в большей степени

в

интерпретированных

по-новому

масках

и

образах

del’arte

у

Е. Б. Вахтангова. Его метод театральной школы можно сравнить с

театром представления Б. Брехта. Когда люди требовали зрелищ,

именно гротескный пластический театр приходился как нельзя кстати.

В то время как русские режиссеры старались найти через физические

упражнения пути дифференциации внутреннего и внешнего выражения

переживаний, мыслей актера, западноевропейская театральная культура

шла

по

пути

интеграции,

например,

ритмическая

гимнастика

Э. Далькроза. Она была направлена на бессознательный физический

отклик на внешние раздражители (в основном музыки).

Русская театральная школа актеркой игры имела два направления:

«представления» и «переживания». И если школа «представления»

основывалась на театральной западноевропейской культуре, применяя

свои новаторские идеи, то сам западноевропейский театр будет в

большей степени ориентироваться со временем на систему школы

«переживания» К. С. Станиславского. Это обусловлено тем, что

театральные реформаторы рубежа веков видели свою задачу в том,

чтобы

привнести

в

театр

художественные

принципы,

недавно

утвердившиеся в литературе.

влияния литературы и писаного текста, создав «чистый» театр. В этом

направлении действовали некоторые режиссеры 10-х и 20-х годов ХХ

века, так же как и режиссеры 60-х и 70-х – создатели хэппенинга в США

или «безмолвного театра» в Европе. Яркими представителями являются

Э. Декру, М. Марсо, Е. Гротовский, П. Брук.

Пластическая культура является одной из основных характеристик,

определяющих

индивидуальные

особенности

каждой

культуры.

Автор

доказал, что жест является культурообразующей формой, транслирующей

18

Время от времени предпринимаются попытки освободить сцену от

социокультурные, исторические, политические веяния эпохи. При этом

невербальный язык является основным звеном в акте коммуникации не только

в обществе в целом, но и трансляции смыслов в театре. Поиск новых способов

выражения идеологии, морали, нравов привел к генерированию старых и

изысканию новаторских идей, воплотившихся в итоге в формировании яркого,

выразительного, живого языка в театральной культуре начала ХХ века.

В

современном

театральном

и

хореографическом

искусствах

пантомима, пластика, танец синтезируются, что заново ставит проблему

определения: что есть пластический театр? Потому пластическая (телесная)

составляющая театрального искусства не останется без внимания.

В

заключении

формулируются

основные

выводы

по

теме

диссертационной

работы,

подводятся

итоги

целостного

рассмотрения

феномена телесности, его места и роли в социальном контексте человека.

Основные идеи диссертации изложены в следующих публикациях:

Публикации в изданиях перечня ВАК

Министерства образования и науки РФ:

1. «Тело» и «телесность» в культурологических исследованиях // Вестник

Томского государственного университета. – Томск: ТГУ, 2011. – № 351. –

С. 70–73.

2. К определению понятий «тело» и «телесность» // Профессиональное

образование в современном мире. – Новосибирск: НГАУ, 2012. –

№ 2 (5). – С. 101–108.

3. Жест как знаковое средство культуры // Профессиональное образование в

современном мире. – Новосибирск: НГАУ, 2012. – № 4 (7). – С. 146–153.

4. К вопросу о взаимосвязи и взаимовлиянии пантомимы и танца в

театральной культуре // European Social Science Journal (Европейский

журнал социальных наук). – 2014. – № 7 (46). – Т. 2. – С. 405–409.

Статьи, опубликованные в сборниках научных трудов и материалов

научно-практических конференций

5. Внеречевое общение в современной культуре / Т. Э. Цветус-Сальхова,

Т. А. Григорьянц // Ученые записки НИИ прикладной культурологии. –

Кемерово: Кемеров. ун-т культуры и искусств, 2006. – Т. 2. – С. 253–263.

6. Проблема «телесного» в культуре Античности // Ученые записки НИИ

прикладной культурологии. – Кемерово: Кемеров. ун-т культуры и

искусств, 2007. – Т. 1 (3). – 307 с. – С. 132–144.

7. Дистинкция понятий «тело» и «телесность» // Вестник КемГУКИ: журнал

теоретических и прикладных исследований / Кемеров. ун-т культуры и

искусств: КемГУКИ, 2010. – №13. – С. 10–16.

8. Особенности невербального общения (компаративистский аспект) //

Актуальные проблемы социокультурных исследований: межрегиональный

19

сборник научных статей / КемГУКИ. – Кемерово: КемГУКИ, 2007. –

Вып. 3. – C. 228–232.

9. Жестовый язык пантомимы в театральной культуре // Актуальные

проблемы социокультурных исследований: межрегиональный сборник

научных статей / КемГУКИ. – Кемерово: КемГУКИ, 2008. – Вып. 4. –

С. 138–144.

10. Становление и развитие китайского традиционного театра (семиотический

аспект) // Глобализация и пути сохранения традиционной культуры:

сб.

статей

международной

научно-практической

конференции

(г. Кемерово, 16 ноября 2009) / Кемеров. ун-т культуры и искусств, 2009. –

С. 182–189.

11. Пантомима как средство обучения основам сценического движения //

Научные проблемы образования третьего тысячелетия: сборник научных

трудов по материалам V Всероссийской (с международным участием)

научно-практической

конференции

«Научные

проблемы

образования

третьего тысячелетия» (г. Самара, 17 июня 2011 г.). – Самара: ЦДК «F1»;

изд-во «Инсома – Пресс», 2011. – Вып. 5. – С. 253–258.

12. Презентация тела в Античности и Средние века // Актуальные проблемы

социокультурных

исследований:

межрегиональный

сборник

научных

статей / КемГУКИ. – Кемерово: КемГУКИ, 2012. – Вып. 8, ч. 1. –

С. 24–30.

13. Телесность в истории западноевропейской культуры // Международный

научно-исследовательский журнал: сборник научных трудов по результатам

ХV заочной научной конференции Research Journal of International

Studies. – Екатеринбург. – 2013. – № 5–3 (12). – С. 113–115.

14. Пластическая культура танца начала ХХ века. А. М. Мессерер //

Актуальные проблемы социокультурных исследований: межрегиональный

сборник научных статей / КемГУКИ. – Кемерово: КемГУКИ, 2014. –

Вып. 10. – С. 135–143.

Подписано в печать 01.09.2015. Формат 60х841/16. Бумага офсетная.

Гарнитура «Таймс». Уч.-изд. л. 1,3. Усл. печ. л. 1,2.

Тираж 100 экз. Заказ № 1020.

______________________________________________________

Издательство КемГИК: 650056, г. Кемерово,

ул. Ворошилова, 19, корпус А. Тел. 73-45-83.

E-mail: izdat@kemguki.ru

20



Похожие работы:

«ИВАНОВ ЭРНЕСТ СЕРГЕЕВИЧ ОБЕСПЕЧЕНИЕ ЭФФЕКТИВНОСТИ РАБОТЫ КОМПРЕССОРНЫХ СТАНЦИЙ В УСЛОВИЯХ СНИЖЕННОЙ ЗАГРУЗКИ МАГИСТРАЛЬНЫХ ГАЗОПРОВОДОВ Специальность 25.00.19 – Строительство и эксплуатация нефтегазопроводов, баз и хранилищ АВТОРЕФЕРАТ диссертации на соискание ученой степени кандидата технических наук Уфа 2016 Научный руководитель Официальные оппоненты: Китаев Сергей Владимирович доктор технических наук, доцент Калинин Александр Федорович, доктор технических наук, профессор...»

«Перевалов Тимофей Викторович ЭЛЕКТРОННАЯ СТРУКТУРА ВАКАНСИЙ КИСЛОРОДА В ОКСИДАХ АЛЮМИНИЯ, ГАФНИЯ, ТАНТАЛА И ТИТАНА 01.04.07 – Физика конденсированного состояния АВТОРЕФЕРАТ диссертации на соискание ученой степени кандидата физико-математических наук Новосибирск – 2015 Работа выполнена в федеральном государственном бюджетном учреждении науки Институте физики полупроводников им. А.В. Ржанова Сибирского отделения Российской академии наук Научный руководитель: Гриценко Владимир...»

«Селиверстова Светлана Юрьевна ПСИХОЛОГО-АКМЕОЛОГИЧЕСКАЯ ДИНАМИКА ПРОФЕССИОНАЛЬНО-ОРИЕНТИРОВАННОЙ МОТИВАЦИИ У БУДУЩИХ СПЕЦИАЛИСТОВ ЭКОНОМИКО-УПРАВЛЕНЧЕСКОГО ПРОФИЛЯ Специальность: 19.00.13 – психология развития, акмеология (психологические науки) Автореферат диссертации на соискание ученой степени кандидата психологических наук Кострома 2015 Краснощеченко Ирина Петровна, доктор психологических наук, профессор кафедры Научный руководитель: социальной и организационной...»





 
© 2015 www.z-pdf.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.